Оформить дарственный документ и попросить помощи. Собственно, что ему нужно? Укрытие в храмовой штаб-квартире. Помощь в продаже части собственности и оформлении документов. Договориться с главой конфессии о найме храмовых бойцов. И вперед — в рейд на захват собственных заводов. Тех, что останутся.
Штурмовать штаб-квартиру в небоскребе повода нет — от здания едва ли что-то осталось.
Нэси поморщился — мысль, что пострадали работающие на него люди, была неприятна. Это могло подорвать репутацию молодого наследника. Да и не удалось ему еще окончательно избавиться от сентиментальности, толкнувшей некогда к социалистам.
Нахмурился, поерзал на диване. Мягкий и удобный, тот показался вдруг неприятно жестким. Уверенность, что ни одна из девчонок не явится, крепла.
Он лишь зря теряет время! Нужно уходить.
Вот только он не один. И не может просто так взять — и махнуть на Наваджибиг прямо сейчас. Оставалась еще Кэт, и ее судьба по-настоящему тревожила его. И это не сентиментальность. Спящий, где же ее искать, если ни одна из девчонок не объявится?! Чероки он без зазрения совести предоставил бы ее собственной судьбе — но с Кэтери это было немыслимо. И он продолжал терзаться ожиданием, задаваясь вопросом — насколько глупо уповать на Спящего, не один оборот ведущего его твердой рукой через самые непредвиденные испытания?..
Он вздрогнул, увидев, как в зал заходит Чероки.
Вот она остановилась, в задумчивости огляделась. Не торопится — уверена, что за ней не явились преследователи?
Сердце невольно заколотилось быстрее. Чероки явилась без Кэт — что-то случилось, или планы поменялись? Но выглядела она спокойно — значит, погони нет.
Или есть? А он без оружия! Последний уцелевший импульсник оставил Кэт. За те минуты, что Чероки шагала к кабинке, успел покрыться холодным потом. Наконец она шмякнулась на мягкий диванчик напротив него.
— Видел бы ты свое лицо, — фыркнула насмешливо.
И лишь тогда он перевел дух. Насмешничает — значит, ничего фатального пока не произошло.
Глава 25
— Твой, — Чероки небрежно перебросила ему через стол импульсник.
— А Кэт?! — вскинулся Охитека.
— А на кой ей оружие? — она хмыкнула, дернула плечами. — Мы с Кэтери посовещались и решили: ни к чему ей болтаться по Наваджибигу. Поедет со мной.
— К тебе?! — он подскочил от возмущения. — Ты понимаешь, чем это закончится? Твой отец в курсе всего происходящего! Он заодно с теми, кто решил нас убрать — пусть даже и не знает, кто они. Кэт просто-напросто окажется в заложницах.
— Кэт в первую очередь окажется моей гостьей, — поправила Чероки. — Я поговорила с отцом. — Позвонила домой. Предупредила, что скоро вернусь, — хмыкнула она. — А то ведь могут и домой не пустить…
Он лишь головой покачал — поразительное хладнокровие у этой хлипкой, беспомощной, бледной девицы! А вот при звонке ее наверняка засекли, и теперь ведут, не выпуская из виду. Пусть пока что никого и не видно.
— Отец сказал, что не собирается пока никому ее передавать, — подала голос девушка. — Побудет у нас. Он что полагает — это она нарушительница. Я подтвердила — сказала, что она ко мне пришла. Не знаю, поверил ли…
Да ясно, что не поверил! Впрочем — какое это имеет значение?
— С банком помочь, увы, не смогу, — продолжила она. — Потащимся через город — заметут. Да и отец подтвердил — никто не станет сейчас со мной связываться. И с вами двумя — тоже. Ты уверен, что хочешь обратиться к фундаменталистам? — дождалась его кивка. — У них есть своя финансовая система.
— Я тоже об этом думал, — перебил он ее.
— Вот и отлично! Это — доверенность Кэт. Завизируешь, когда окажешься в Колизее. У тех же фундаменталистов будет проще всего это сделать.
— Через терминал в их штаб-квартире, — он кивнул. — Поэтому я ихи выбрал, — помолчал. — Серьезная организация! Как там Лэнса? Прости, сразу не спросил. Голова забита…
— По-прежнему в больнице. Прогноз врачей — оптимистичный. Ему нужно только время. О безопасности можно не волноваться — в госпитале дежурит отряд его охраны. О его здоровье позаботятся врачи. Мне там делать больше нечего. Кэт тоже.
— Ей и у тебя делать нечего, — проворчал он.
— А где ей есть, что делать? На улицах, где ее в любой момент могут заметить и убить? Или с тобой — едва ли дорога к Колизею окажется гладкой.
— А в доме твоего отца ей останется уповать только на милость Спящего, — запальчиво отозвался он и смолк, вздохнул.
Ну, на кой медузий хвост он спорит?! Она права. Придется прорываться. Сначала — через половину Вавиекамига, потом — через пролив к Наваджибигу, континенту вершины мира. И дорога точно не будет выстлана лепестками пурпурных кувшинок.
— Отец знает, что в доме был посторонний, — проговорила Чероки тихо. — И что я вышла из дома с помощью этого постороннего.
— Словом, ты хочешь предъявить ему Кэт в качестве виновницы.
— Скажу, что мы заранее договорились о встрече, — она пожала плечами. — И Кэтери пришла, а я ей открыла дверь. Этим можно объяснить, как она попала в дом. Почему прятала — тоже понятно: вся охрана на уши встала! Ну, и я-то знала, что ее отец погиб, а сама она — в бегах. У тебя будет небольшая фора.
