Провожая его взглядом, я знала: мы обязательно встретимся. Карл Дьютер не просто так придумал теорию о частицах. Я не случайно пришла на
В нашем случае прощание будет лишним.
Прошло десять дней. Костя не звонил и не писал. Он доехал до Питера? Все хорошо? А главное, получилось ли впечатлить коллекционера? (Я уверена: получилось!) Ожидание сводило с ума. Мне не помогал ни шопинг, ни глянцевые журналы, ни общение с Ваней и даже прогулки по столице. (Как прекрасно заходить в кофейни днем, пока все работают!) Я едва не потеряла рассудок от любопытства и волнения, но дала себе слово не беспокоить художника: Константин так близко к исполнению мечты, я не буду эгоисткой. Мне все же очень хотелось услышать его бархатный голос или прочитать забавное СМС, в котором Костя поворчит на Санкт-Петербург.
Сегодня я решила дойти до моего… нашего моста. Вдруг Костя приехал сделать мне сюрприз? Спрятав подбородок в сиреневый шарф, я гуляла по аллее, перепрыгивая через лужи. Я тихо подпевала звучащей в наушниках «Always» – моей любимой песне из репертуара рок-группы Bon Jovi.
Обязательно быть свободным, чтобы начать все заново? Необходимо для этого забыть хорошее тоже? Нет. Чистый лист ждет новую историю, но черновики – то самое прошлое – помогут прийти к гармонии. И ценить каждую новую ошибку. Вот выводы, которые я сделала, получив желаемую внутреннюю свободу.
Завернув на нужную тропинку, я увидела на мосту только темно-желтые, подгнившие листья, раскиданные ветром по мокрым перилам. Чем ближе зима, тем грустнее выглядит парк, и тем холоднее у меня на душе. От разочарования защипало в носу, и я со злостью выдернула наушники, а потом кинула их в карман куртки.
– Извините.
Ох, нет, здесь кто-то был. Мужчина. Но голос у него выше, чем у Кости. Я нехотя обернулась и посмотрела на незнакомца: щуплый, с грустными, словно у собаки, голубыми глазами. Его потрепанная парка испачкана краской, а на голове красуется синий берет.
– Да? – растерянно кивнула я.
– Меня просили передать. – Незнакомец достал из кармана парки сверток и протянул мне. – От Константина Коэна, – уточнил мужчина.
– Спасибо, – поблагодарила я, рассматривая сверток.
Незнакомец исчез так же внезапно, как и появился.
Вот и весточка! Изобретатель! У него же есть мой номер. Я ворчливо помотала головой. Пора привыкнуть к странностям любимого художника.
От нетерпения руки не слушались. Я порвала крафтовую бумагу и обнаружила внутри рамку, а в ней – фотографию или рисунок, я не успела разглядеть: из посылки выпала записка и завладела моим вниманием.
