– Где Вы взяли такую милую штучку? – спросила рыженькая кошечка, впившись жадным взглядом в подвеску-листочек.
– На ярмарке, – буркнул феникс.
– Это кварц? Какая прелесть! – пропела сидевшая слева пташка. – Не подскажете торговца?
– Он был последним.
– Господин Руван сегодня бука, – показывая язык, подразнила девица у окна.
– Господин Руван всегда бука! – поддразнила ее подруга.
– Ах, кварц привлекает удачу! Вам его девушка подарила? – подмигнула еще одна.
– Какая девушка?! Руван, дорогой, у Вас есть возлюбленная?
– Не мели чепухи! Разве стал бы господин проводить время с нами, если бы у него была спутница жизни!? – вслед этому замечанию со всех сторон посыпались глумливые «хи-хи».
Бабы. Всегда галдят о какой-то чуши без умолку. Внезапно захотелось наружу, на свежий воздух. Оставив спорящих девиц, Руван тихонько, стараясь не привлекать внимания, подкрался к стоящей у двери старухе.
– Я пришлю лакея в гостиницу вечером, – сказала Данира, получая из рук феникса счет с кругленькой суммой. Коротко кивнув гагане, феникс поспешил удалиться.
Оказавшись вне Дома, Руван с наслаждением вдохнул свежий уличный воздух. Однако не успел аптекарь отойти и на шаг, как из распахнутого окна второго этажа послышалось кокетливое «Увидимся снова, господин!» Не оборачиваясь, Руван ускорил шаг, чем только усилил смех легкомысленных созданий.
Порядком утомившись от такой «веселенькой» компании, феникс пустился вдоль реки – берег были тих и пустынен. Неторопливое журчание Рун-Нор успокаивало и позволяло собраться с мыслями. Приглядев небольшую светлую опушку, спрятанную от глаз высокими зарослями, Руван снял с плеч короб и прилег на траву. Положив под голову руки, феникс зажмурил глаза.
Река протекала через весь город, но на берегу практически не было строений. Хоть вода в Рун-Нор и была чистой и пригодной для питья, жители Карун-Го предпочитали пользоваться водой колодезной. Наверное, поэтому берег и выглядел диким и необжитым, что весьма радовало феникса.
Руван поднял правую руку над собой – на запястье, отражая тысячью лучами свет Муг, заблестел кулон. На лицо брызнули светло-зелёные блики. Феникс зажмурился и повертел листочком в разные стороны:
– Кто же тебя сделал?
Что-то его привлекало в этом кулоне. Что-то, гораздо сложнее внешнего вида. Какое-то чувство, приятное чувство, что вспыхнуло в душе, когда феникс впервые взял подвеску в руки. Какая-то неуловимая мысль, догадка, одна из тех, что роем вьется в голове, но стоит задуматься над ней – разлетается без остатка. Рувану нравился кулон, он как родной пришелся по руке. Найти его мастера было бы очень занятно, но одновременно и очень страшно – страшно от мысли, что мастер мог потребовать свое творение назад.
«Не отдам».
Наигравшись, Руван поудобнее устроился в мягкой, слегка влажной траве и начал размышлять. Благодаря стараниям достопочтенной мадам Даниры, на хорошую торговлю на площади он мог больше не рассчитывать – практически весь ходовой товар был раскуплен. Оставались лишь малочисленные частные клиенты, и первым из них на ум пришел Раэль.
Раэль, этот шустрый маленький ящер, работал городским врачом. Они с Руваном вместе учились лекарскому делу в Илан-Го у одного учителя и были знакомы с детства. Если Руван любил уединение и покой, то Раэль всегда был душой любой компании. Такое различие характеров не помешало им стать хорошими друзьями и поддерживать связь даже после окончания учебы. И сейчас, Раэль с удовольствием приобретал у своего бродячего коллеги полезные снадобья.
Вспомнив о ящере-враче, Руван слегка улыбнулся. Раэль обладал своего рода харизмой. Врач вел себя спокойно и сдержанно. Однако эта сдержанность была приятна, при беседе с ним не создавалось ощущения отчужденности, напротив, казалось, будто каждое слово, каждая фраза, оброненная Раэлем, пропитана дружелюбием и даже уважением. Но он совсем не был снобом, как могло показаться – умел и любил пошутить, но делал это всегда к месту, будто заранее угадывал настроение беседы. Возможно, эта его черта и делала Раэля всеобщим любимцем.
«Хорошо бы заглянуть в больницу. Порошок от кашля закончился наверняка… Зайду… туда…» – с такими мыслями, под тихое журчание воды, феникс провалился в сладкую дрему.
***
Малеа с растерянным видом стоял около огромных дубовых ворот. За ними располагался просторный чистый двор ночлежки Руры. Во дворе разместились деревянный двухэтажный дом с обширной столовой на террасе, садик с фруктовыми деревьями и каменный колодец. На заднем дворе, окруженная тенистыми дубами, поместилась аккуратная купальня.
