В Молдавии дело обстоит еще хуже. Заклинания о «Великой Румынии» давно сделались здесь общим местом национальной публицистики. В тотальной войне против любого инакомыслия средствами не стесняются. Председатель Верховного Совета Гагаузской республики, входящей в состав Молдавии, сидит в тюрьме без всякой надежды на освобождение, а призывавшую к межнациональному примирению молодежную газету просто-напросто сжигают.
Если же добавить ко всему этому кровавые распри между Арменией и Азербайджаном, Киргизией и Узбекистаном, проблемы месхов, немцев Поволжья, русских беженцев из республик, то картина вырисовывается, прямо скажем, малоутешительная, а говоря откровенно — апокалиптическая.
Учитывая при этом, что уже раздаются голоса, призывающие к дележу ядерного оружия между всеми включенными когда-либо в советскую империю национальностями, нетрудно уже сейчас смоделировать, каким образом и для каких целей оно — это оружие — может быть использовано нынешними борцами за демократию и независимость от всех и от всего. И в первую очередь, от всякой ответственности.
Поэтому, наблюдая сегодня за процессами демократического и национального освобождения в Советском Союзе, я с чувством глубочайшей горечи спрашиваю себя:
— Если это демократия, то что же тогда фашизм?
Не так давно мне довелось прочитать в «Советской культуре» взволнованную и в высшей степени профессиональную статью о трагической кончине замечательной русской актрисы Георгиевской. Вместе с автором я искренне содрогнулся ее участью и так же искренне возмущался окружавшим ее до самой кончины общественным равнодушием. Но тем не менее с выводами статьи, определявшими причины такого опустошающего равнодушия, мне все же согласиться трудно.
Впрочем, выводы эти сделались сегодня в средствах массовой информации, а также в литературе, театре и кино основополагающими и сводятся они к замечательной в нравственном смысле, но далекой от подлинной истины схеме: семьдесят с лишним лет исторического забытья, идеологической обработки, коллективной взаимозависимости превратили наш народ в сборище духовных монстров и моральных калек.
Разумеется, здесь едва ли позволительно сбросить со счета все перечисленные выше факторы. Тоталитарное наследие долго еще будет сказываться на модели нашего общественного бытия и в нашей общей психологии. Но объяснить этими факторами любое негативное явление советской повседневности было бы крайне наивным и к тому же сущностно опасным упрощением.
Вот уже почти двадцать лет я живу на свободном, демократическом Западе и, увы, ежедневно, повторяю, ежедневно сталкиваюсь с теми же самыми негативными явлениями, а зачастую и с еще более удручающими. Оказывается, так называемое цивилизованное общество, никогда не переживавшее тоталитарного опыта, страдает теми же самыми пороками, той же самой нравственной деформацией, что и мы, грешные.
Прекрасно понимаю: своим непрошенным вторжением в эту область я, выражаясь по Окуджаве, подпорчу весь уют, или, вернее, душевный комфорт немалому числу отечественных публицистов, зарабатывающих нынче хлеб на проблемах нравственности и морали, но все же во имя той же объективной истины позволю задать им, и себе в том числе, несколько наводящих вопросов:
Почему, к примеру, по каким наследственным причинам актриса, с куда более известным, чем у несчастной Георгиевской, именем, умирает в самой свободной стране Западного полушария практически в том же положении — в полной нищете, брошенная и забытая даже самыми близкими людьми, включая одного из ее мужей — великого драматурга современности? И если бы не второй (хотя, может быть, и третий) муж — спортсмен, оплативший счета, ее не на что было бы похоронить. Я говорю о Мерилин Монро.
Почему также благословенная и благополучнейшая Америка до сих пор (кажется, сейчас только мы начинаем в этом смысле обгонять ее!) прочно занимает первое место в мире по преступности, СПИДу, детским самоубийствам, банковским и промышленным аферам? Неужто от избытка свободы? Если это так, тогда нам нечего жаловаться на наше собственное одичание: за свободу надо платить.
Почему и ее соперница по материальному благополучию — Земля Обетованная Швеция — тоже неизменно удерживает первенство в Западной Европе по самоубийствам и алкоголизму? С чего бы это, какой генетической катастрофой это можно объяснить?
Каким тоталитарным наследием можно объяснить длящуюся вот уже несколько десятков лет кровавую гражданскую бойню в Северной Ирландии, где «тупоконечники»-католики никак не могут поделить свои религиозные цацки с «остроконечниками»-протестантами? Только что вот британского министра укокошили, да и Кабинет в полном составе уцелел недавно лишь чудом. Согласитесь, у нас хоть до этого дело пока не дошло.
