Когда я рассказала Ангелине какой подарок получила от Доминика на день рождения, сестра была шокирована. Да что там! Я сама до сих пор не могла поверить, что Воронов переписал на меня свой ресторан. Но больше всего меня удивляло то, что решил он это сделать еще до того, как мы были вместе. Мне было очень страшно управлять таким дорогим и красивым местом, но я знала, что Доминик поможет, если будет нужно.
Лина сразу же захотела услышать как мы помирились и пришлось рассказать ей сокращенную версию, без Тео. Кстати, врача я сегодня еще не видела. Хотелось извиниться перед ним за вчерашнее да и вообще за все. Но до конца дня я его так и не встретила. Кабинет тоже был закрыт, поэтому домой возвращалась с гнетущим чувством недосказанности.
Воронов позвонил поздно ночью, когда я уже почти уснула. Его голос заставил меня улыбнуться. Мы говорили всего несколько минут, в основном о Лине и его работе, но мне и этого хватило, чтобы держаться дальше.
Во вторник я едва поднялась с постели. Тело было дряблое и хотелось вернуться обратно под одеяло. Даже Давид заметил мой удрученный вид и поинтересовался не заболела ли я временем. Роза тоже обеспокоилась моим состоянием и даже пыталась смерить мне температуру. Но я все же смогла ее убедить, что никакой температуры у меня нет и чашка кофе быстро приведет меня в чувство. Ох, как же я ошибалась! Как только Роза поставила передо мной чашку, аромат ударил в нос и я почувствовала резкий прилив тошноты. Закрыв рот руками, я помчалась в ванную комнату и уже там меня стошнило. Просидев над унитазом минут десять, почувствовала, что стало чуточку лучше и поднялась на ноги. Перед глазами все плыло и хотелось умереть. Так плохо мне еще никогда не было.
За стол я вернулась с легкой опаской насчет кофе. Но, к счастью, Роза уже заменила этот напиток на зеленый чай.
— Что это с тобой? — обеспокоенно взглянул на меня Давид. — Неужели вчера съела что-то не то?
— Не знаю, но так плохо мне еще не было, — буркнула и отпила чай. Удивительно, но тошнота прошла довольно быстро. Может, Роза подсыпала мне в чай какое-нибудь лекарство?
Кстати, с момента как я вернулась, Роза молчала и как-то подозрительно на меня поглядывала. Неужели она знает что-то такое, чего не знаю я?
Давид просил меня остаться дома и вызвать врача, но тошнота прошла так же быстро, как и появилась, да и чувствовала себя достаточно хорошо. Поэтому желания сидеть в четырех стенах у меня не было.
Сегодня у Лины начинался курс реабилитации. Я знала, что это довольно тяжелый и болезненный процесс, но благодаря ему сестра могла встать на ноги. Несколько часов ее не было в палате, а мы с Давидом не находили себе места. Парень так не переживал, когда сестру оперировали, а тут просто на месте усидеть не мог. Лина повернулась к нам усталая и раздраженная. Отказалась от ужина и заявила, что хочет спать. Мы с Давидом решили ее не поймать и вышли в коридор.
— Думаю, стоит поговорить с Тео насчет ее состояния, — обеспокоенно сказала парню. — Пойдешь со мной?
— Нет, думаю, мне лучше вернуться к ней, — серьезно ответил Давид. — Сможешь сама домой вернуться?
— Конечно, — кивнула и пошла искать Тео.
Все-таки Давид молодец. Решил остаться с Линой в такой трудный для нее момент. Было немного обидно, что она выбрала парня вместо сестры и теперь он больше всего ее поддерживает. Но я сама тоже не лучшая сестра. Если бы Воронов меня сюда не отправил, то кто знает как бы я поддерживала Лину.
Тео нашелся в своем кабинете. Я заглянула внутрь и заметила, что он сидит за столом. Врач мне кивнул, чтобы присела в кресло, а сам тем временем слушал кого-то в телефоне, который прижимал к уху. Тео был напряжен и зол. Когда он заговорил по-немецки, я сразу же поняла, что этот разговор ему неприятен. Несколько раз в разговоре повторялось имя Клара, следовательно, скорее всего, говорил он с бывшей женой. В этот момент я даже обрадовалась, что не понимаю о чем они говорят. Мне и так было не по себе сидеть здесь во время выяснения отношений.
Когда Тео в конце концов закончил разговор, я сама вздохнула с облегчением. Он все еще был напряжен и я уже сто раз пожалела, что пришла к нему именно сейчас.
— Что ты хотела, Ева? — серьезно взглянул на меня врач.
— Извини, что стала свидетельницей этого разговора, — виновато взглянула на мужчину. — Хотя я ничего не поняла, но вижу, что сейчас тебе плохо.
— Звонила моя бывшая жена, — Тео потер лицо руками и продолжил. — Клара должна была приехать ко мне на каникулы, но эта су… женщина решила ее не пускать. Вот теперь я не знаю как поступить. Похоже, придется лететь самому.
— А как же моя сестра? — спросила удивленно.
— Дело в том, что я свою работу выполнил. Теперь ею занимается врач-реабилитолог, — пояснил Тео. — Кстати, насколько я знаю, именно сегодня у нее был первый день…
— Да. Именно об этом я и хотела поговорить. Лина вернулась в палату усталая и раздраженная. Что-то пошло не так?
