Растворяюсь в тебе полностью

Она приподнимает одно веко Шэй и осматривает ее зрачок. Проверяет пульс на шее. Поправляет воротник блузки Шэй, затем целует ее в лоб. Блондинка встает и поворачивается ко мне, в ее глазах вспыхивают тысячи солнц, превращаясь в сверхновые ненависти.

— Если ты так с ней поступил, я запру тебя в твоем доме, подожгу его и буду смотреть, как ты горишь. И это не угроза, ублюдок. Это обещание.

Мы с Эмилиано обмениваемся взглядами. Видно, что он впечатлен не меньше меня.

— Я никогда не причиню ей вреда, Челси.

Если она и удивлена, что я знаю ее имя, то никак этого не показывает. А просто стоит и смотрит на меня, как кровожадная королева викингов, собирающаяся начать войну.

— Эмилиано, проверь запись с камер наблюдения за последний час в баре. Следи за гуэро.

— Конечно. — Он садится за стол и начинает щелкать мышкой на своем компьютере.

Челси все еще смотрит на меня, как на кровавого убийцу. Она не проявляет никаких признаков паники или страха, или любой другой стрессовой реакции, которую обычно демонстрируют люди в подобных ситуациях. Думаю, если бы у нее в руке был меч, я бы уже был обезглавлен.

Я мягко говорю: — Это не я. Я ее босс...

— Я знаю, кто ты, — вклинивается она. — Я помню тебя.

— Я тоже тебя помню. Шэй называла тебя опасным существом.

— Это потому, что она знает, на что я способна. И позволь мне сказать тебе, босс, если я, ты и вон тот большой папочка ввяжемся в драку, я буду единственной, кто выйдет из этого кабинета живой.

Эмилиано, усмехаясь, говорит: — Мне начинает нравиться эта девушка.

Мне тоже.

Я поднимаю руки в знак капитуляции.

— Я услышал тебя. Хорошо? Все в порядке.

После момента недоверчивого прищура Челси решает, что оставит меня в живых еще на мгновение.

— Расскажите мне, что произошло. Шэй вышла из-за стола, чтобы сходить в туалет. Через десять минут большой папочка приходит за мной и приводит сюда. Она без сознания лежит на диване, а ты нависаешь над ней, как какой-то псих, который хочет сшить костюм из ее кожи.

Эмилиано снова усмехается.

Не обращая на него внимания, я рассказываю ей обо всем, что произошло с момента моего появления в ресторане. Когда заканчиваю, она складывает руки на груди и медленно, расчетливо оглядывает меня.

— Ты наблюдал за нами по камерам наблюдения.

То, как она это произносит, звучит очень плохо. Эмилиано тоже так считает, потому что бросает на меня взгляд через плечо.

— Да.

— Значит, ты приехал за ней с работы.

Господи, какая она умница. Я должен нанять ее.

— Да.

— Почему?

— Потому что я видел, как она садилась в машину на парковке. Потому что хотел узнать, куда она едет. Потому что я не смог удержаться.

Челси подходит ближе и спрашивает: — А что еще?

— Потому что я не перестаю думать о ней с тех пор, как мы познакомились.

— Шэй тебе нравится?

— Она мне более чем нравится.

Блондинка изучает мое лицо с сосредоточенностью ястреба на дереве, ищущего мыШэй в кустах. Я позволяю ей это делать. Мне нечего скрывать.

По крайней мере, если речь идет о Шэй.

Во время нашего противостояния Эмилиано говорит: — Понял. Это pinche puto¹⁰.

Мы с Челси поворачиваемся, чтобы увидеть на экране замедленное изображение Дилана, достающего из кармана брюк крошечный пузырек. Он прячет его в ладони. Когда бармен ставит перед ним два напитка, Дилан проводит рукой по одному из них, быстро дает чаевые, затем забирает оба напитка и отворачивается.

— Гуэро уже делал это раньше. Он хорош в этом.

Глядя на экран блестящими глазами, Челси тихо говорит: — Это был не GHB¹¹ и не рогипнол. Он подействовал слишком быстро. Я думаю, это был кетамин.

Я согласен, но мне интересно, откуда она знает.

— Ты работаешь в правоохранительных органах?

— Я медсестра скорой помощи.

Это объясняет закаленные в боях нервы.

— Сюда едет врач, чтобы осмотреть ее.

— К вам едет врач? Нет, ей нужно в больницу.

— Если она попадет в больницу, ее проверят на наркотики.

— Именно так.

— Будет составлен полицейский отчет.

— Это именно то, чего мы хотим!

— Нет, это не так. Позволь мне объяснить, почему.

Поджав губы и раздув ноздри, Челси пристально смотрит на меня. Она бросает взгляд на Шэй, спокойно лежащею на диване, затем снова настороженно смотрит на меня.

— Я слушаю.

— При приеме на работу Дилан прошел тщательную проверку. Через этот процесс проходят все. Если отдел кадров обнаружит в вашей биографии хоть намек на неподобающее поведение, вы не получите работу. Я говорю о судимостях, а также об арестах, которые не привели к осуждению. Обвинения, которые были выдвинуты, но сняты. Судебные иски. Мировые соглашения. Залоги. Кредиты. Рекомендации. Образование. Профили в социальных сетях. Все.

— К чему ты клонишь?

— Дилан чист как стеклышко.

— Он подонок! Ты же видел эту запись! Мы отдадим его в полицию, и его посадят в тюрьму!