Я смотрю на него. Его челюсть снова стала твердой, а на лице появилось выражение, которое заметно даже в профиль. Он не выглядит радостным.
Коул выглядит убийственно.
Но, к счастью, он меняет тему, и нам больше не приходится ходить на цыпочках.
— А как насчет сестер или братьев? Кто-нибудь из них?
— Я единственный ребенок.
— Счастливая.
— Когда росла, я всегда мечтала, чтобы у меня была сестра. Может быть, поэтому мы с Челси так близки. Она тоже единственный ребенок. Мы дружим со школы.
Он долго смотрит на меня, а затем возвращает свое внимание на дорогу.
— Вы двое должно быть делитесь всем.
— Да. Ну, не
Его голос понижается. Не глядя на меня, он говорит: — Я не против, если ты поговоришь с ней обо мне. Я знаю, что она важна для тебя. И я доверяю вам обоим.
— Правда? Ты доверяешь нам?
— Да.
— Но ты встречался с ней всего один раз. Да и мы с тобой не так уж много времени проводим вместе.
— Я знаю людей. Когда они хорошие, когда плохие, когда им можно доверять, а когда нет. И вам обоим можно.
Я изучаю его профиль, очарованная им, но в то же время озадаченная.
— Ты получил все эти знания о человеческой природе в бизнес-школе?
Его губы приподнимаются в короткой загадочной улыбке, которая очень похожа на те, что выдает его приятель Аксель.
— Не совсем.
Когда я слишком долго молча смотрю на него, он усмехается.
— Не думай об этом слишком долго.
— Мне не придется, если ты скажешь мне, что ты имеешь в виду.
— Как-нибудь в другой раз.
По тому, как он это говорит, у меня возникает четкое ощущение, что время никогда не придет. Но я не настаиваю.
Следующие тридцать минут мы беседуем на самые разные темы. Фильмы, музыка, путешествия, еда, книги. Коул знает что-то обо всем. Он побывал во всех городах, которые я когда-либо хотела посетить, и описывает их так подробно, что я могу представить их так, будто сама там побывала. Я так увлеклась нашей беседой, что забыла спросить, куда мы едем, но тут мы сворачиваем с бульвара Сансет на Беверли Глен.
— Здесь есть рестораны? Я думала, что этот район полностью жилой.
Он улыбается.
— Лучший ресторан в Лос-Анджелесе находится на вершине холма. Отсюда открывается невероятный вид на долину с одной стороны и залив Санта-Моника с другой.
Мы едем по извилистой дороге вверх по холму, и каждый дом, мимо которого мы проезжаем, становится все больше. В конце концов, я вижу только крыши, расположенные далеко позади ворот. Затем мы подъезжаем к огромным каменным воротам, притормаживаем, Коул кивает охраннику в форме, который появляется в окне, и мы проезжаем внутрь.
Куда бы мы ни направлялись, это должно быть эксклюзивное место. Недвижимость здесь одна из самых дорогих во всем Лос-Анджелесе, и, судя по размерам домов, мимо которых мы сейчас проезжаем, в них живут знаменитости и сверхбогатые люди.
Мы останавливаемся на подъездной дорожке, по обеим сторонам которой растут огромные пальмы и каменные статуи львов. Черные железные ворота массивны, они занимают всю ширину подъездной дорожки и продолжаются вдоль улицы по обе стороны. Я не могу разглядеть, что находится за воротами из-за деревьев и кустарников, но потом они открываются, и мы проезжаем через них, открывая взору здание за воротами.
Усадьба, скорее.
Это дом, невероятно красивый особняк в итальянском стиле, залитый мягким светом от ландшафтного освещения, спрятанного среди пышной зелени.
— Коул?
— Хм?
— Это не ресторан.
Его смех мягкий и довольный.
— Ах, этот твой острый ум, мисс Сандерс.
Мы проезжаем через ворота и въезжаем в большой автомобильный двор с центральным фонтаном. Он паркует машину перед арочным каменным входом, глушит двигатель и поворачивается ко мне.
— Надеюсь, тебе нравится азиатская кухня. Вольфганг приготовил для нас своего знаменитого шанхайского лобстера.
— Вольфганг? Как в
Коул подмигивает мне.
— Надеюсь, ты голодна. — Он выходит из машины, открывает с моей стороны дверь и ждет, пока я отстегиваю ремень безопасности.
Затем он берет меня за руку и ведет в свой дом.
Это место невероятное.
Фойе с тройными сводчатыми потолками, стеклянными стенами, через которые открывается невероятный вид на каньон и город, и похожими на корону люстрами Baccarat. Пара изогнутых известняковых лестниц элегантно поднимается на второй этаж. Пол из белого мрамора сверкает.
Взяв меня за руку, Коул ведет меня через вход в главную гостиную, которая выглядит еще более величественно. Темные полы из твердых пород дерева дополнены белой мебелью, а стены увешаны картинами, написанными маслом. В фантастической гостиной потолок покрыт искусственными цветами, похожими на живые, а люстра напоминает взрыв бабочек. Здесь есть бар, библиотека, официальная столовая, кинотеатр и винный погреб, и это только первый этаж.
Пока я с удивлением смотрю в окно на огромный бассейн на заднем дворе, окруженный зоной отдыха, выложенной брусчаткой с узором «арлекин» и квадратиками травы, Коул сжимает мою руку.
— Что ты думаешь?
— Это похоже на сказочный замок. Кто еще живет здесь с тобой?
— Никто.
