— Не волнуйся, кузнец, — Яромир оглядел отца и сына, напряжённо стоящих напротив них, — от нас никто ничего не узнает! — затем достал ещё две серебряные монеты из дорожного кошеля и бросил на наковальню: — Благодарим за важные сведения.
Друзья развернулись и потопали к центральной площади, Центру Мира.
— Эка местных-то запугали всех! — Ратибор размышлял вслух. — Вроде люди как люди, а стоит упомянуть про «Хромую лошадь» и Зайца, бледнеют да как будто воды в рот набирают.
Вскоре три путника оказались на центральной площади, где бывали не раз в свои прошлые визиты. Центр Мира был практически в каждом крупном поселении, отличаясь разве что масштабностью, формой, размерами да особенностями местной архитектуры. На площади в Орёлграде и в её окрестностях стояли торговые ряды в довольно хаотичном порядке, и лавочники разных мастей и статуса споро барышничали всякой всячиной, как обычно это и бывает в таких оживлённых местах. Казалось, здесь можно было купить всё, что душа пожелает. От разнообразной сдобной выпечки, приворотного зелья и таинственных амулетов от сглаза и порчи до доброго коня с полным обмундированием в придачу. Еда, одежда, домашняя скотина, всякие диковинные вещицы вроде ракушек с жемчугом заморским, всевозможные украшения, оружие на любой вкус, размер и кошелёк. Только подходи и выбирай, лишь бы было чем платить.
— Какой базар, а! — Ратибор одобрительно хмыкнул. — Нам есть к чему стремиться…
— Эй, имеются тут бойцы, воины аль силачи? Подходите помериться силушкой с нашим чемпионом, великим и могучим, непобедимым Могутой! — раздался громкий возглас недалеко от друзей, шагах в двухстах, чуть правее от места, где переулок, по которому они шли, выходил на площадь.
Там уже собрался народ, любопытные зеваки образовали круг. В центре этого ринга, опоясанного живой изгородью из любителей кулачных боёв, расхаживал здоровенный, бритый наголо детина, голый по пояс. Своей статью он, пожалуй, не сильно уступал Ратибору с Яромиром. Был так же высок и широкоплеч, разве что жирок небольшой свисал с его боков. Обильно смазанный медвежьим жиром торс Могуты так и лоснился под палящими лучами солнца. Он ходил внутри импровизированного октагона из зевак и уверенно поигрывал на публику могучими мускулами. Самодовольная, наглая улыбка не сходила с его неприятного, высокомерного лица с узким, покатым лбом, неправильными чертами и перебитым не раз, приплюснутым, похожим на картошку носом.
— Ну, есть желающие бросить сегодня вызов нашему непобедимому чемпиону?! Есть тут смельчаки?! На кону десять золотых монет! Десять золотых победителю! — глашатай, маленький мужичок неопределённого возраста с круглым пузом, лысеющей головой и бегающими глазками, подкинул в воздух туго набитый мешочек с деньгами, характерно зазвеневший. — Смелее, мужчины! Могута вас не сильно помнёт! Может быть, несильно, ха-ха!
При этих словах глашатай и Могута (а именно так звали нашего силача) синхронно рассмеялись. Тем временем в круг вышел крепкого сложения мужик в поношенной, видавшей виды рубахе да истрёпанных штанах. Был он босиком. Явно простой, добрый работяга. Его мускулистые руки были все в рабочих мозолях от плуга.
— Будислав, ха, вот молодец! А ну, давай-давай, смелее! — обрадованно воскликнул глашатай. — Делаем ставки, господа и дамы, делаем ставки!
— Ну ты, Будислав, завещание-то, надеюсь, оставил?! — загоготали в толпе. — Твоей Оляне хозяйство останется аль соседской Плеяне?
— Так у него их две сразу, что ль?!
— Ага, не считая старого порося Фреда, которого он никак заколоть не решается! Говорит, люблю его безмерно, аки члена семьи… — в толпе снова заржали.
— Заткнитесь, горлопаны, — беззлобно сказал Будислав и встал напротив Могуты.
— Я готов, Кропан! — обратился он к глашатаю.
— И я готов! — возопил глашатай довольно. — Ставки сделаны! Правила все знают? Правильно, чего тут знать-то, ведь их нет! Кто останется стоять на своих двоих, тот и победил! Готовы?
Будислав и Могута кивнули.
— Бой! — Кропан дал отмашку.
Но бой (если, конечно, то действие, что развернулось перед зевающей публикой, можно назвать боем) закончился очень быстро. Силы были явно неравны. Могута двумя мощными ударами быстро свалил Будислава на землю. Тот упал, не особо уже порываясь встать, но лысый громила не преминул ещё с разбегу нанести страшный удар ногой по голове своему противнику, после которого Будислав отлетел в толпу зевак, не успевшую расступиться, и, повалив нескольких из них, неподвижно распластался на площади. Схватка была окончена. Могута даже не вспотел.
— Ну-с, похоже, это всё! Бой закончен! Победил Могута! — глашатай без особого энтузиазма оповестил толпу об очевидном для всех зрителей исходе только что состоявшегося поединка.
— Эх, чемпион, ты нас так нищими сделаешь! — недовольно буркнул Кропан. — Повозился бы с ним хоть чуть подольше! Для приличия. Для вида…
