В остальном всё прошло тихо, мирно. Изяслав вместе с женой Ачимой чинно восседал во главе сдвинутых в центре зала столов. Правитель Орёлграда не раз вставал и произносил тосты и за дорогих гостей, и за военный союз с князем Святославом, и за упокой души своего «горячо любимого» братца Ждана. При этом он подозрительно поглядывал на не отходящих друг от друга Мирослава с Вереей, в один прекрасный момент просто куда-то незаметно исчезнувших с пира. Ратибор же с Яромиром от души поели и попили, после чего разбрелись по своим добротным гостевым комнатам, кои им предоставили для проживания как важным послам. Об их конях, как и сказал Бизюк, тоже отлично позаботились. Ну а утром щедро набили седельные сумки троих путников едой да питьём. Только вот Мирослав явился на рассвете не один, чем чуть было не смешал друзьям все планы да не вызвал на себя гнев князя Изяслава.
— Она едет со мной! — сказал Мирослав тоном, не терпящим возражений, и указал на стоящую рядом сияющую Верею.
— Это кто так решил? — недобро прищурился опешивший от такой неожиданной новости Изяслав.
— Мы так решили, мой милый братец! Мы! Я люблю его, а он любит меня! Мы хотим быть вместе! Хватит уже меня опекать, Изя, я давно выросла из детского возраста, если ты не заметил!
— Это где это вы пропадали всю ночь, а? — Изяслав хмуро смотрел то на довольного Мирослава, то на светящуюся от счастья Верею.
— Знамо где! — хохотнул Ратибор, но, поймав на себе рассерженный взгляд Изяслава, невинно добавил: — Звёздами любовались ночными наверняка!
— Изя, прекращай! — Верея негодующе топнула прекрасной ножкой. В гневе она была ещё очаровательней. — Говорю же, не маленькая уже! Выросла я, брат, пойми ты это наконец!
— Эх, а я тебе кого из купцов своих подыскивал, — суровое лицо Изяслава чуть смягчилось и приняло скорее растерянное выражение. — А ты сама сделала свой выбор, да? Значит, уезжаешь с ним в Мирград?
— Да, брат, уезжаю! Люб он мне, пойми это… — Верея покраснела, но только ещё крепче сжала руку Мирослава. — Благослови лучше нас, братик! Свадьбу хотим сыграть!
— Обидишь Верею… — Изяслав медленно повернулся к русому мечнику. — Не прощу…
— Я люблю её, княже, не сомневайся! — Мирослав спокойно и уверенно выдержал колючий взгляд Изяслава. — Как и говорит твоя прекрасная сестрёнка, свадебку хотим сыграть вскоре в Мирграде. Ты приглашён, конечно! Для нас это будет большая честь! Надеемся и на твоё благословение.
— И жить собираетесь там же, да? — всё ещё не сдавался Изяслав. — А чего бы не у нас свадьбу сыграть? Не в Орёлграде?! Да и палаты княжьи всяко попросторнее твоей избы в Мирграде будут! Вон, выбирайте любое крыло моего дворца! Какое вам приглянется, там и живите! Ну кроме тех комнат, естественно, где я со своими обитаю…
— Жена должна жить в доме мужа, — глубокомысленно брякнул не вовремя подошедший к собирающимся Светозар. За это он тут же удостоился испепеляющего взгляда Изяслава, после чего замолк на полуслове, смутился и сделал вид, что пошёл проверять, все ли припасы собраны путникам в дорогу.
— Уста глупого отрока, похоже, сейчас истину из себя извергли! — не преминул вставить Ратибор, легко выдержав гневный взор Изяслава.
— Этот глупый отрок ещё надерёт твою рыжую задницу, — пообещал приглушённо Светозар, не успевший отойти далеко и слышавший эту едкую реплику молодого богатыря.
— Я хочу жить у Мирослава! — упрямый голос Вереи не терпел возражений. И тут же он мгновенно превратился в ласковый, нежный, как умеют только женщины: — Ну братец, ну Изя! Пожалуйста, отпусти уж меня и благослови…
— Да отпусти ты их уже с миром, муж мой! — подошедшая Ачима, супруга государя, была миловидной женщиной лет тридцати пяти с шикарными вьющимися чёрными кудрями, спадающими ей до самой талии. — Знаешь ведь, что давно пора! Сам говорил, что жениха ей надо найти хорошего! Думается мне, лучше ты не сыщешь! Уж поверь моему женскому чутью, дорогой мой…
— Да что же вы меня со всех сторон обложили-то! — смущённо воскликнул Изяслав. — Ну хорошо, хорошо! Отпускаю тебя, сестра моя! Твой выбор одобряю и благословляю! Мирослав — воин статный, видный, да и, очевидно, всяко лучше, чем купец какой жирный! Детки крепкие, здоровые будут у вас! Но, чур, без меня свадьбы не играть! — рассмеялся он уже по-доброму и тут же заключил в объятия Верею, которая, радостно вскрикнув, со слезами счастья бросилась ему на шею.
— Ну что ты, что ты, — растроганно забормотал Изяслав ей на ушко. — Ты это, не забывай уж меня да дом наш родной! Заезжайте хоть иногда погостить с мужем да детишками… Часть приданого твоего я сейчас соберу быстро и с вами отправлю, а часть с собой привезу, как на свадьбу приеду…
На том и порешили. К друзьям добавилась в путь-дорогу Верея, а с ней ещё три полностью вьюченных кобылы с частью её немалого приданого.
— Ха, Мирослав, да ты теперь богач! — не преминул подколоть братишку по булату Ратибор. — Смотри не зазнавайся, а то уши надеру!
