В корчме «Лисья нора», расположенной на Степном тракте, связывающем между собой Мирград и Змейград, было на удивление пустынно. По крайней мере, так могло показаться крайне невнимательному путнику, спавшему весь день в комнате на втором этаже и затем, едва продрав глазёнки, принявшемуся спускаться погожим октябрьским вечерком в трапезный зал обогреться, промочить горло ядрёным хмелем да навернуть копчёностей аль горячей душистой мясной похлёбки, приготовлением коих славилась Смиляна, хозяйка сего, с виду неказистого, но крайне уютного внутри заведения.
Но очень скоро сползающий на первый этаж путешественник, ещё толком не разлепивший спросонья очи, осознаёт, что его первое впечатление оказалось обманчивым; «Лисья нора» отнюдь не была безлюдна, как могло почудиться поначалу. Первым свидетельством сему факту служил суровый высокий воин, преграждавший дорогу на последних ступеньках лестницы всякому страннику, желающему спуститься вниз.
— Назад воротись, в свою каморку. Едальня покамест закрыта для посещения, — положив длань на набалдашник рукояти покоящегося у бедра меча, лишь сурово проронил мрачный витязь в ответ на возмущённо-вопросительно вскинутые брови вынужденно застрявших наверху скитальцев.
Некоторые из них уже дважды пытались прошмыгнуть в обеденную залу, но неустанно стороживший основание лестницы бдительный боец в звании сотника, вкупе с тремя ватажниками, стоящими у него за спиной и столь же недружелюбно взирающими на непонятливых путников, раз за разом без каких-либо объяснений с непоколебимой настойчивостью разворачивали назад всех желающих прошествовать в трапезную.
— Мне бы кувшинчик винца, здоровье поправить… А чавось происходит-то? — решив утолить рвущееся наружу любопытство, еле слышно прошептал в угрюмую физиономию витязя один из приезжих, силясь при этом краем глаза рассмотреть в царившем полумраке помещения, что же там творится. — Ждёте, что ль, кого?
— Угу, — немного помявшись, в конце концов буркнул дружинник в ответ. — Точнее, уже дождались. Сход тут княжий. По итогу которого станет ясно, быть миру или войне между нами и медвежатами. А теперь отвали назад, тартыга. Не доводи до греха. У меня приказ, если надо будет, любого зарубить на месте, но в зал никого не пускать!
— Понял, усё понял!.. — тут же суетливо откланялся поспешно сиганувший наверх любознательный зевака, спустя секунду-другую уже докладывающий на втором этаже с нетерпением ожидавшим его постояльцам, что же происходит в «Лисьей норе». Надо заметить, что путники в подавляющем большинстве с пониманием отнеслись к возникшей заминке и вниз более не спускались; ибо негоже мешать вершителям судеб, то бишь могущественным князьям, балакать о своём, о наболевшем в тишине и спокойствии. При этом слегка испуганные путешественники изумлённо выглядывали в окошки своих комнатушек, с интересом и опаской рассматривая с верхотуры ставших двумя лагерями пару сотен воинов, окруживших «Лисью нору» плотным кольцом. Стоит ли упоминать, что зайти со Степного тракта в корчму простому страннику также не представлялось сейчас возможным.
Погода нынче выдалась безветренная и слякотная. Моросил мелкий, неприятный, пробирающий до костей дождик. Над становищем с запада безжизненно болталось знамя с изображением морды медведя, сжимающего в пасти за рукоять двуручную секиру. Над лагерем с востока схоже безвольно повис стяг с прямоугольным щитом, на котором возлежал меч, обвиваемый гадюкой; герб Змейграда сложно было перепутать с каким-нибудь другим. Впрочем, как и флаг Мирграда. Также в обоих становьях водрузили по древку с белым полотном, древнейшим символом, означающим либо капитуляцию одной из сторон, либо ведущиеся переговоры. В данном случае белёсый флаг подразумевал именно последнее.
Согласно достигнутым по переписке договорённостям, по сотне воинов привёл с собой на долгожданное рандеву каждый из князей. Однако Ратибор вынужден был ради этой встречи пойти на значительные уступки Таиславу; всё-таки утверждённое обоими владыками место схода, а именно корчма «Лисья нора», располагалось куда ближе к Змейграду, чем к Мирграду. И это давало определённое преимущество «змеям»; как пример, в случае если сейчас договориться правителям не удастся и будет объявление войны, Таислав окажется в своей столице куда как раньше и сможет собрать войско да выступить прежде, чем Ратибор вернётся к себе в берлогу.
В воздухе витало заметное напряжение; чего ждать от встречи двух государей, не ведал никто из присутствующих. Посему две сотни бойцов настороженно зыркали друг на дружку, про себя гадая, союзник напротив маячит или враг.
Между тем в корчме у Смиляны нынче было куда более уютно, опрятно и чисто, чем когда-либо прежде; хозяйку «Лисьей норы» загодя поставили в известность, какие важные люди сегодня будут у неё трапезничать. Правда, велев при этом держать рот на замке и не балакать почём зря. И дородная хозяюшка в точности выполнила все указания, заодно вместе с роднёй отскоблив чуть ли не до зеркального блеска полы да заказав вина, кваса и дичи сверх меры.
— Вот стыдоба-то будет, ежели в самый разгар пирушки кончится мясо аль хмель, — беспокойно бормотала себе под нос хлопочущая по хозяйству пухлая корчмарка, смутно представлявшая, ради чего встречаются два правителя и чем вообще ей это может грозить. — А князь Мирграда неужель и взаправду тот самый рыжий витязь, что останавливался у нас несколько лет назад? Скоро узнаем… Но вот же чудо дивное!.. Я слышала об этом, но до последнего не верила… Бывает же! А я ведь ещё тогда хотела потереться об него задницей!.. Чуяла ведь, что мужчина — огонь! Эх, жаль, не сложилось!.. Он женат, да и я замужем!.. Видно, не судьба!.. — грустно вздохнула Смиляна и подняла глаза на скрипнувшую дверь; в кабак, как обычно, пригнувшись, вошёл Ратибор. Одет он был, как и полагается князю, добротно, но отнюдь не вычурно; показанной роскоши да разноцветных тряпок «рыжий медведь» на дух не переносил.
Цепким взором быстро оглядев с порога помещение, Ратибор подмигнул Смиляне, тем самым показывая, что хорошо её помнит, а затем, безошибочно распознав в царящем полумраке, кто здесь кто, уверенно прошествовал к столу в центре зала, за которым его уже поджидал Таислав. Но путь рыжебородому богатырю мгновенно преградили; на его дороге вырос широкоплечий Звенимир, воевода царства Аспидов и ближайший сподвижник змеиного властителя.
— Извини, но договорённости такие: никакого булата при себе, — хмуро обронил воевода, вопросительно взглянув на возвышавшегося над ним Ратибора. Рыжегривый ратник лишь молча кивнул в ответ, тем самым позволив Звенимиру себя шустро обыскать. Не нашедший при правителе Медвежьего княжества даже острой зубочистки, командир змеиного воинства с лёгким поклоном посторонился, пропуская огневолосого гиганта к Таиславу.
Князь Змейграда, крепкий муж лет пятидесяти — пятидесяти пяти на вид, одет был более изысканно, чем его собеседник, но также отнюдь не церемониально; тёмно-пурпурный плащ и такого же цвета шёлковая рубаха с бархатными шароварами заморского кроя оказались владыке Гадючьего королевства вполне к лицу, особо не выделяя и лишь подчёркивая высокий статус змеиного государя.
— Здравствуй, княже, — с ходу проронил Ратибор, присаживаясь напротив Таислава. — Ежели я опоздал, прошу не серчать: вроде как заранее планировал подъехать, да погодка подкачала. Слякоть и грязь нынче на Степном тракте, осень шепчет.
— Здравствуй, рыжий медведь, — спокойно произнёс в ответ светлокудрый правитель Змейграда. — Не переживай, ты явился вовремя. Просто я припелёхал на пару часиков пораньше. Предпочитаю ждать, а не догонять. Да и обстановочку разведать не мешало. Тебя сейчас обыскали на входе, таково было условие. Можешь теперь меня обшарить в отместку. Как говорится, доверяй, но проверяй…
— Я тебе верю на слово, так что забей! — небрежно отмахнулся Ратибор. — Пустые хлопоты. Да и боюсь я в твоём княжьем тельце ненароком поломать чего-нибудь важное, ибо нежно тискать я умею только свою Марфушу.
— Хм, как знаешь, — Таислав, спрятав улыбку в густой бороде, отстучал барабанную дробь пальцами по столу. — Ну а чего один в трапезную завалился? Договаривались, что по десятке воинов с собой в залу можно взять. Мои тут. Ровно червончик, как и добалакались, — светловолосый князь сначала кивнул на замерших у входа Звенимира с пятью дружинниками, а после и на заместителя воеводы — Радосвета, переминающегося с тремя подчинёнными у основания лестницы, ведущей на второй этаж.
— Да тоже лишнее! Ежели что, я твой червонец голыми руками пополам сложу, без чьей-либо помощи, — простецки буркнул Ратибор, а затем посмотрел на подскочившую Смиляну, взявшуюся лично прислуживать дорогим гостям, и ласково промолвил: — Кваску, будь добра, лапушка, принеси мне жбанчик.
— Хм, а ты откровенен, Ратибор. И самое любопытное, я вижу, ты не бравируешь, а лишь констатируешь факт, — с тихим озадаченным смешком крякнул Таислав, а после легонько ущипнул за бедро пышную корчмарку. — И мне тоже квасу. Слышал, у тебя, лисичка, он отменного качества!
— Как скажете, — зардевшаяся от похвалы Смиляна поклонилась, а затем вопросительно зыркнула на Ратибора. — Может, мяска? Есть баранина, поросёнок, дичь! Князь Змейграда уже откушал…
— Позже, — рыжебородый богатырь сказал как отрезал. — Сейчас только квасок.
— Сию секунду, — Смиляна поспешно удалилась, про себя кляня на чём свет стоит свой язык. Навязывать столь высокопоставленным гостям трапезу явно не стоит. Захотят, сами кликнут.
Между тем Таислав дождался, когда Смиляна принесла пузатый кувшин и два кубка, сам по-хозяйски разлил по ним янтарный напиток, пригубил, довольно причмокнул, а после уставился на Ратибора, мигом осушившего за пару глотков полчаши.
— Где я мог тебя видеть ранее?.. Вот так, за столом напротив восседающего?
— Там же, где и я тебя! — фыркнул Ратибор. — В Змейграде, где же ещё! Уж сколько годков с тех пор минуло. Я был со Святославом, когда он к вам приехал. Да и на его свадьбе с Лютегой гулял…
— М-дя, было дело… А недавно ты убил мою ненаглядную малышку. И затем её голову на копьё водрузил, на всеобщее обозрение да на корм воронам, — холодно произнёс Таислав. Дружелюбный тон его мигом испарился.
— Скажи, уважаемый, — Ратибор прямо вперился в очи правителя Змейграда. — Ты когда выдавал Лютегу замуж за Свята, знал, что она его не любит? А в довесок шашни крутит с Брадигостом?
— Знал, — чуть помедлив, проворчал Таислав и отвёл взгляд.
— И всё равно позволил этому браку состояться?
— Пф-ф, — ехидно протянул главный «змей», — и что с того? Ежели бы все по любви женились, ента была бы сказка, а не жизнь.
— Допустим, — Ратибор продолжал буравить собеседника колючим взором. — Но раз ты ведал про амурные дела своей дочки с Брадом, зачем позволил ей взять этого дуболома с собой⁈ Ты что, не понимал, к чему всё енто приведёт? Чем закончится⁈
— Понимал, — еле слышно прошептал поникший Таислав. — Енто было её условие. В противном случае свадьба бы не состоялась. Лютик поклялась мне нашими предками, что порвёт с Брадигостом, что берёт его с собой только в качестве телохранителя. И мне очень хотелось ей верить! Я даже убедил себя, что так и будет! Хотя, наверно, в глубине души осознавал, что дочка, мягко говоря, лукавит. Но позволить сорваться столь выгодной помолвке никак не мог. Святослав был молод, красив и могущественен; ни много ни мало государь самого Мирградского княжества! О такой паре для Лютеги я мог лишь мечтать… Я хотел было велеть удавить Брадигоста по-тихому, да Лютик всё по моим очам поняла и твёрдо пообещала: ежели с её любимым что-нибудь случится, она руки на себя наложит. И я так рисковать не осмелился да отпустил дочку в Мирград. Вместе с её увальнем. А потом месяц за месяцем, год за годом сидел и беззвучно трясся, ожидая худых вестей.
— Боялся, что эта сладкая парочка замыслит убить Святослава?
— Ну да, — не стал отнекиваться Таислав. — И как бы всё ни обернулось, в любом случае понимал: жди беды. Не получилось бы у них, раскрылся бы заговор, так топор палача — это самое безобидное, что ждало Лютика и Брадигоста. Ну а коль срослось… Счастья на убийстве мужа не построить. Богопротивное дело, кое обязательно аукнется сторицей. Так, в принципе, и вышло. Долго они вдвоём правили? Пару лет… И умерли в один день. Как по молодости и мечтали. Но пред тем два года позорили и вас, и нас. Отречение Лютеги от наших богов потрясло меня до глубины души! Стыд и срам! Её матушка, Веченега, даже слегла из-за этого с какой-то непонятной хворью, да так и не поправилась. А я отрёкся от Лютика. Публично, — князь Змейграда поднял глаза и прямо встретил взор Ратибора. — Но ента отнюдь не значит, что я прощу тебе убийство своей дочери!
— Войны желаешь? — дюжий ратник тяжело вздохнул. — Уверен?
— У меня вдвое больше витязей, чем у тебя, — показанно-вальяжно хмыкнул Таислав. — Нас двадцать тысяч! А Мирград сильно ослаб за последние годы.
— Зато вы одни, а у нас военный союз с пятачка́ми и пчёлами, — буркнул в ответ Ратибор. — А ента значит, что никакого численного перевеса у тебя нет. И это ещё мягко говоря!
Два князя замолчали, принявшись пронзать друг друга яростными взглядами.
— Ты зачем искал этой встречи, Ратибор? — наконец, скрипя зубами, прошелестел Таислав. — Чтобы окончательно рассориться?
— Вообще-то, затем, чтобы просить о помощи, — неожиданно даже сам для себя брякнул могучий исполин. — Хотя, Перун свидетель, не переношу стоять с протянутой рукой!
— И чего же ты хочешь? — правитель Змейграда испытующе воззрился на чемпиона Кузгара.
— Ты енто начал, Таислав! Допустил свадьбу Свята с Лютегой, после которой всё покатилось в тартарары! Твоя дочь накликала на Мирград беду!..
—
— Мне нужно твоё войско, — без обиняков бахнул Ратибор.
— Для того чтобы противостоять орде осов, которая наверняка снова заявится по весне под стены Мирграда? — Таислав проницательно прищурился.
— Именно! — дюжий ратник согласно кивнул.
— И ты просишь у меня поддержки после того, как убил мою дочурку? Ента я так, уточняю на всякий…
— Да. А вот зажмурил я её за то, что она предала Святослава, практически напрямую приложив руку к его смерти. А также сдала Мирград ворогу, отреклась от наших богов и принялась сжигать русичей во славу Ахримана!..
— Достаточно! — досадливо поморщился Таислав. — Не сыпь соль на рану. Обо всём этом я знаю не хуже тебя, — властитель Змеиного княжества откинулся на стуле и задумчиво посмотрел на Ратибора. — Ты понимаешь, что даже ежели я дам тебе своих ратников, то пусть сообща, вместе с кабанами и пчёлами, нам всё равно не осилить аскеров? Сколько нас наберётся? Под полтинник? А их — сто тысяч, не меньше! Плюс Урсула и вифирийские катапульты…
— На Урсулу у меня есть Благана, не менее сильная чародейка. А вифирийские катапульты ещё надобно собрать, что, конечно, сделать осам мы не позволим.
— Ента каким же образом, уж позволь полюбопытствовать? — с интересом вопросил Таислав.
— На этот раз мы за высокими стенами отсиживаться не собираемся, — Ратибор пожал могучими плечами, а затем решил выложить все карты на стол. — Ибо ежели ты дашь мне своё войско, тогда к нам, точно знаю, примкнут орлята. А за ними я уболтаю волков и Поморье. Устимцы во сне грезят снова ходить по Сигливе без грабительских податей. А волчонок Лучезар, наоборот, желанием не горит… чтобы я ему остальные персты вровень с его кривым мизинчиком сделал. Посему также к нам примкнёт. Итого нас будет под восемьдесят тысяч, что более чем достаточно для рубки лоб в лоб хоть со всем миром!
Таислав встал, задумчиво прошёлся по залу, а после вернулся и сел назад.
— Мне-то какая выгода?
— Загладить прошлые грехи, — простодушно проворчал Ратибор.
— Ежели енто всё, то я, пожалуй, уж как-нибудь в одиночестве перетерплю свои муки совести, не привыкать. Ну а моего войска тебе в таком случае не видать.
— Что ты хочешь? — уже в свою очередь спросил рыжегривый гигант.
— Я в любом случае не смогу дать тебе всех, ибо оголять границы со степняками не собираюсь. Максимум выделю тысяч пятнадцать, не больше.
— Этого достаточно.
— Знаешь, я ведь в мыслях Лютегу давно похоронил, — Таислав угрюмо почесал бороду. — Она для меня мертва с той печальной поры, как отреклась от наших богов, тем самым опозорив меня и сгубив свою мать. А я обожал Веченегу! Всем сердцем! И енто был тот самый редкий случай, когда мне отвечали взаимностью. Мы с женой были счастливы в браке. У нас всё совпало с ней: и знатность, и положение, и взаимное влечение. Её смерть стала для меня тяжкой утратой. Наверно, именно поэтому я Лютика до сих пор не простил, как ни старался… И всё же она — моя дочь! Посему Лютегу надобно похоронить по-людски, то бишь закопать или сжечь. А то её душа не будет ведать покоя. А значится, следом за ней и душа Веченеги будет страдать, чего я допустить не могу!.. — князь прямо зыркнул на дюжего ратника. — Поэтому ты снимешь голову дочки с копья и захоронишь как подобает!
— Хорошо, — тут же согласился Ратибор. — Ента всё?
— Нет. И не надейся! Так легко ты не отделаешься, — фыркнул Таислав. — Я знаю, что вы умыкнули в своё время кучу злата у осов, но не воротили им ни шиша взад. Так вот, бочонок солнечных кругляшек мне пришёлся бы очень ко двору.
— Ладно, — секунду-другую подумав, наконец, тяжело выдохнул Ратибор. — Будет тебе бочка золота. Теперь всё?
— Не совсем, — Таислав пожевал губами. — Вифирийские катапульты. Мне нужна одна из них. В качестве образца.
— Отдашь своим рукоделам, чтоб попробовали создать такую же? — Ратибор понимающе рыгнул, а затем налил себе ещё кваса.
— Ну да, — не стал отпираться Таислав. — Штука, как ни крути, мощная, в хозяйстве нужная. Глядишь, ежели такие махины иметь на вооружении, всякий супостат сотню раз покумекает, прежде чем на Змейград прыгнуть!
— Ага, и самим можно, в случае чего, городишки враждебные как орехи щёлкать, да?
— Да, — Таислав ни капли не смутился. — Мало ли чего, в жизни всякое бывает!..
— Ладушки, — нехотя просипел Ратибор. — Эти камнемёты мне самому пригодятся, но один, так уж и быть, выделю на змеиные нужды.
— Вот и славно, — удовлетворённо прошелестел правитель Гадючьего царства. — А знаешь, почему я ещё решил тебе подмогнуть? Потому что за мной должок. Да-да, рыжий, тебе! Помнится, года три назад ты оказал неоценимую услугу как мне, так и Змейграду, изничтожив головную ячейку Ночного Братства в нашем городе. А затем, как снежный ком, пошли погромы и по всей Руси; в результате на данный момент разбойничья гильдия практически полностью уничтожена, и в ентом, Ратибор, твоя прямая заслуга! Посему я и решил тебе помочь; похоже, капризная барыня по имени Удача шагает с тобой в обнимку! А значит, и боги!
— Очень любопытное умозаключение… Я могу считать, что мы договорились? — Ратибор встал и вперился прямо в очи Таислава.
— Да, можешь! — владыка Змейграда также поднялся и протянул огневолосому великану длань для рукопожатия. — Разумею, что военный союз меж нашими княжествами заключён! Пущай наши дьяки займутся рутиной, оформят в письменном виде как полагается! Ну а я предлагаю отметить сие значимое событие и накатить чего-нибудь покрепче, чем кувшинчик кваса!
— Почему бы и нет, — Ратибор крепко пожал руку Таиславу, а после гаркнул на всю корчму: — Хозяйка, чего ты там насчёт мяса лялякала? Неси всё что есть! Да, и корчагу медовухи не забудь!.. Э-э-э, две корчаги! А лучше — три! Для начала! Похоже, сейчас гульнём!..
— Обязательно! — довольно расхохотался Таислав. — А покамест позволь мне поведать тебе про одно любопытное пророчество от знаменитого оракула Халубея, проживавшего три с небольшим сотни лет назад в нашем граде… Ты очень подходишь под… одно описание из сего послания потомкам!..
