Удивлённая таким странным сравнением, я усмехнулась. Судя по улыбке Айвана, его это тоже повеселило. И тем не менее, через миг этот изгиб пропал, уступая место сосредоточенности. Это меня отрезвило. Сконцентрировавшись на словах педагога, я постаралась наполнить свои движения сложными элементами. Один, затем другой. Когда я встала в мостик, то поздно поняла всю глупость затеи. Айван явно не сможет легко пролезть под ним, с его-то ростом и комплекцией. Но вместо этого, парень перепрыгнул через меня, кувыркнувшись в какое-то невероятное сальто. Даже стоя вниз головой, я потеряла дар речи. Да и не только я. Быстро перекинув ноги назад, я выпрямилась и оглядела ребят. Все замерли и смотрели на нас во все глаза. Магия момента длилась несколько секунд, она рухнула, когда мисс Морган выключила музыку.
— Извините, я забылся, — тихо произнёс Айван.
Он тяжело дышал, словно пробежал марафон, черная майка пропиталась потом, голые плечи и бицепсы блестели. Смутившись, что так откровенно пялюсь, я перевела взгляд на собственные руки и поняла, что моё дыхание сбилось не меньше. Я не обращала на него внимания во время танца, но сейчас почувствовала, как лёгкие горят, а организм отчаянно требует воды. К щеке прилипла прядь волос. И когда причёска успела растрепаться?
Офелия одарила внимательным взглядом Айвана, но почти сразу её задумчивость сменилась довольной улыбкой.
— Надеюсь, ты будешь забываться чаще, — наконец произнесла она. Затем переместила взор на меня — и Лина тоже.
Айван обернулся, затем оглядел меня с головы до ног. Я собиралась улыбнуться ему, но парень равнодушно отвернулся. Всё тепло, которое, как мне казалось, возникло между нами во время этого танца, испарилось. Какая же я дура.
— Пожалуй, на сегодня хватит парной импровизации, — вновь заговорила Офелия — ничего лучше мы всё равно не увидим. Продолжим в следующий раз. А пока перейдём к джазовым проходкам.
За весь оставшийся урок Айван так и не взглянул в мою сторону.
В то же время я продолжала сверлить его глазами вплоть до класса Хелены.
— Мне не нравится то, как ты на него смотришь, — заявила Нина.
Она возникла рядом так неожиданно, что я подпрыгнула.
— Великие силы, ты меня напугала! — рука легла на сердце, которое в этот миг бешено колотилось.
Нина подарила мне кислый взгляд.
— Я стою здесь уже три минуты.
Я открыла рот, но не нашлась что сказать, и обратно закрыла его.
— Я понимаю, что он симпатичный и неплохо танцует, — я подняла брови — ладно, он очень симпатичный и очень хорошо танцует, — соседка наклонилась ближе, но я выставила руку, останавливая её.
Мне не хотелось слушать уже знакомую пластинку о том, что Айван злодей и мне следует избегать его. На самом деле, меня порядком начинало раздражать, что все мои друзья — и Нина, и Крис, и Денис с Сашей — в курсе подробностей, но всё равно продолжают скрывать их от меня. Если подруга хочет играть в секреты, так тому и быть.
Напустив на себя равнодушный вид, я тяжело вздохнула.
— Не начинай, Нина. Ты права, он классно танцует, и это единственное, что меня в нём интересует. Не более.
Девушка сощурилась. Но я не дала её и слова вставить.
— А теперь, если ты не против, мы опаздываем
Больше не произнося ни звука, я разгладила свою балетную юбку, затем обошла соседку и пошагала в другой зал.
-
Миссис Дамески сегодня была не в настроении. Я уже было стала привыкать к её ядовитости, но сегодня она превзошла даже саму себя.
— Выше, еще выше! — кричала она во время прыжков. — Вы артисты, а в вас грации не больше, чем в этой палке! — она стукнула рукой по станку. — Ветрова, если ты еще раз выпадешь из такта, я вышвырну тебя из этого зала!
Кажется, так сильно я не нервничала даже во время выпускных экзаменов. И, тем не менее, каким-то образом нам удалось в полном составе дожить до середины урока. Пострадавших почти не было. Влетело только Кате, та получила подзатыльник за болтовню, и Денису. Хелена так сильно вывернула его колено, что парень стал белым, как полотно, но к его чести — даже не пискнул.
Когда же все перешли к па-де-де, я поняла, что настал мой «звёздный час». С гордостью могу заявить, что продержалась пятнадцать минут, прежде чем миссис Дамески обратила свой гнев на меня.
— Что ты делаешь, Солмей?! Если у тебя нет партнёра, то это не значит, что ты должна плясать как мешок с картошкой.
— Да, мэм, — понуро кивнула я.
— Еще раз!
Быстро приняв позу, я оттолкнулась, но на четвёртом повороте носок пуанта пошатнулся, и я соскользнула, пятка с грохотом ударилась о паркет. Всем видом я старалась не показывать боли, что запульсировала в ноге с новой силой.
— Солмей! — взревела педагог, отчего я зажмурилась. Только эта женщина могла своим голосом приносить ощущение физического насилия. Она подошла ко мне вплотную, схватив за подбородок. — Ты можешь сколько угодно играть в переодевание в приличную балерину, но это не сделает тебя таковой. Никогда. Если ты не можешь выполнить столь элементарного упражнения, то тебе не место в этом классе! Более того — крик перерос в змеиный шепот — тебе не место в этой Академии.
