Совсем скоро на них обоих не осталось даже белья, а Линар, забыв о смущении и страхах, выгибался под ласками вампира, плотно прижимался пахом к паху Детлаффа, чувствовал ответное желание и уже не сдерживал стонов. Правда длилось это недолго, возбуждённый до предела юноша капитулировал, стоило только Детлаффу обхватить ладонью его член. Всего нескольких скользящих движений хватило, чтобы Линар вцепился пальцами в плечо вампира и запрокинул голову, крупно дрожа и закусывая губы, чтобы не закричать. Он ласкал себя часто, но никогда ещё удовольствие не было настолько острым и сильным.
— Я… — прошептал он, открывая глаза и виновато глядя на любовника, — извини…
— За что? — Детлафф припал поцелуем к шее Линара, с удовольствием вдыхая его запах, погружаясь в него, впитывая и наслаждаясь этим. — У нас впереди целая ночь, и я не собираюсь спешить. Не хочу, чтобы ты запомнил только боль, которой, к сожалению, не избежать.
— Я не боюсь, — серьёзно сказал юноша, — у всего есть своя цена.
— Верно, но всё же, — Детлафф отстранился, встал с постели и пояснил, видя вопросительный взгляд Линара, — есть вещи, способные сделать намного приятнее то, чего ты… мы хотим. Я сейчас, — вампир направился к своему столу, а Линар приподнялся на локте, глядя ему в спину. Он понятия не имел, о чём только что говорил Детлафф, но был уверен: вампиру виднее, а потому просто ждал, что будет дальше.
Когда Детлафф шёл обратно к постели, сжимая что-то в руке, юноша, не отрываясь, смотрел на его тело, впервые видя вампира возбуждённым. В этом отношении боги одарили Детлаффа гораздо щедрее, чем самого Линара, и острое желание коснуться напряжённой плоти любовника заставило юношу судорожно выдохнуть и нетерпеливо смять в пальцах покрывало.
— Можно мне… — спросил он, когда Детлафф снова лёг рядом, и указал взглядом на его пах.
— Нужно, если, конечно ты… — начал вампир и осёкся, ощутив осторожное и пока что робкое касание подрагивающих пальцев, — хочешь… — добавил совсем другим тоном. Это было уже не разрешение, а утверждение очевидного, а дальнейшим словесным пояснениям Детлафф предпочёл действие, положив правую руку поверх руки Линара, руководя и направляя.
Левую руку вампир снова запустил в волосы юноши, перебирая их, наслаждаясь приятными ощущениями и с трудом подавляя желание притянуть голову Линара поближе к паху, поскольку только пальцев было слишком мало. Детлафф опасался, что юноша испугается, ведь было совершенно очевидно — всё это для него действительно впервые. И почему-то неумелые прикосновения заводили сильнее, чем искусные ласки брукс или Сианны. Может, потому, что он был первым, кого Линар так касался?
Но размышлять об этом было некогда, потому что юноша, бросив на вампира вопросительно-смущённый взгляд, сам наклонился к его члену и коснулся его языком. И это тоже было неумело и неловко, но почему-то заставило Детлаффа негромко зарычать. Явный недостаток опыта Линар с лихвой восполнял желанием доставить удовольствие тому, кого любил, и вскоре Детлафф мягко притянул юношу к себе, поцеловал, благодаря за ласку, и шепнул, подминая его под себя:
— Ещё не поздно остановиться.
— Поздно, — послышался глухой ответ, а ягодицы Линара тесно прижались к паху вампира, — я не хочу останавливаться.
И Детлафф послушался. Осаживая себя, постоянно напоминая, что поспешность может всё испортить, он принялся покрывать поцелуями спину Линара, поглаживая его поясницу, а после опустил руку ниже, предварительно обмакнув пальцы в ароматическое масло, которое отыскал в столе.
Нежно и как можно осторожнее он готовил себе путь к тому, чего так долго хотел, и когда это наконец-то случилось, сопровождаемое громким вскриком, а после сдавленным шипением Линара, Детлафф и сам застонал — негромко и глухо, зарываясь лицом в волосы юноши и крепко сжимая его пальцы в своих.
Это было совсем не похоже на бешеную скачку, которую предпочитала Сианна, оно не имело ничего общего со звериной ненасытностью брукс, но оказалось слаще в несколько раз и дурманило, словно свежая кровь. И когда болезненные стоны юноши сменились стонами удовольствия, а тело окончательно расслабилось, приняв плоть вампира и примирившись с первым вторжением, Детлафф наконец-то отпустил себя.
Он растворился в усиливающимся с каждым движением возбуждении и не остановился до тех пор, пока Линар снова не вскрикнул громко и не прижался к нему ещё теснее. Юноша сильно сжал запястье Детлаффа, останавливая руку, всё это время ласкавшую его член и сделавшую боль слабее, а наслаждение — острее и дольше.
Покинув тело Линара, зная, что дальше ничего, кроме боли, тот не испытает, Детлафф коснулся собственной плоти, желая достигнуть пика и понимая, что много времени это не займёт — слишком сильным было возбуждение. Он не ошибся и вскоре хрипло зарычал, невольно впиваясь зубами в плечо юноши. Снова ощутил во рту вкус его крови и шепнул на ухо:
— Прости. Я не должен был этого делать, но иногда инстинкты берут верх над разумом.
