— Кого ее? — пытаясь пережить новые ощущения, потерянно спросил Берга, тряся головой, словно это могло помочь и избавить от влияния ребенка. — Где она? — наконец сообразив, что говорит мальчик заорал он. Все недовольство, довлеющая сила, после этого крика исчезли так же резко, как и появились. Мальчик заморгал, став очень удивленным и внезапно заплакал. Но не как нормальный ребенок его возраста. Слезы катились сами собой, а он зло, с оскалом вытирал их руками, размазывая по щекам. Захлюпал нос, и мальчик стал совсем уж растерянным, словно до этого ни разу не плакал и не знал, чего ожидать дальше.
— Она, она, — совсем по-детски, с всхлипыванием, перемежавшимся шмыганьем, начал мальчик. — Ее увели. Она вышла на улицу. К ней стражи подошли. Она что-то говорила. Но ее не отпускали. Окружили. И увели. Я хотел пойти, но она не позволила. Кричала — не смей, жди его!
— Какого она на улицу поперлась? — взвыл Берга, хватаясь за голову. Недавнее представление мальчишки благополучно забылось. Как забылись и четкая, правильная речь, пусть и подпорченная остатками слез. Все сознание заняли два вопроса: зачем она вышла и как ее теперь искать?
На первый мальчик ответил без напоминаний.
— Пошла за магом, но отвлеклась. Она очень любопытная и иногда глупая.
Берга вскинул на него мрачный взгляд. Такие слова о матери были как минимум странными. Но разборки подождут. Берга пообещал себе все же прижать дуру к стене и вытрясти из нее все, что знает. Но для этого ее нужно было найти. Найти и вернуть. И времени у него до рассвета.
— Сиди здесь, — велел он ребенку, доставая из-за пазухи деньги и засовывая их в свой мешок.
— Я с тобой!
— Угу, сейчас, уже, — дернув щекой, буркнул Берга и засунул сумку под кровать.
— Я не спрашиваю!
Вновь прорезавшийся в голосе мальчишки металл заставил Бергу недоуменно обернуться.
— Так и я не спрашиваю, — со смешком ответил он, поднимаясь. — Мне только тебя не хватает. Чтобы вместо поисков твоей безголовой мамаши я тебя пас?
— Меня не нужно пасти, — совсем по-взрослому вздохнул мальчишка и помедлив добавил, — у меня проблемы. Именно из-за них мы вынуждены вернуться. Эти проблемы немного сдерживала… мама. Пока она была рядом…
Было видно насколько тяжело ему подбирать нужные слова. Он явно недоговаривал и искал способ пояснить необходимость идти и не открыть при этом своих тайн.
— Хватит, — оборвал Берга, понимая, что трясти можно не только женщину. Мальчишку, если подумать, допрашивать даже удобнее. — Либо ты говоришь правду, либо я ухожу. Мне надоела эта игра. И лезть в пасть к морке ради ваших игр я не намерен.
Мальчик замолчал, изучая Бергу сузившимися, слишком серьезными глазами.
— Хорошо, — наконец шепнул он, на мгновение прикрыв глаза. — Но ты поклянешься, что никогда и ни за что не воспользуешься этой информацией против меня и Сауле, а также против Темной империи.
— Даже так, — прошептал Берга задумавшись. Одно дело ввязаться в проблемы светлой женщины и ее темного отпрыска и совсем другое, влезть в дела касающиеся империи.
Мальчик терпеливо ждал, не подгоняя и не выказывая недовольства.
— Хорошо. Клянусь жизнью своей и посмертием, что все, что я услышу и узнаю, я не оберну против тебя и твоей матери, а также против Темной империи.
Мальчик удовлетворенно кивнул.
— Клятва принята.
И изменился. Словно вырос, заполнив собой всю довольно большую комнату. По углам зашевелилась тьма, потянув к застывшим фигурам свои щупальца. Глаза мальчишки полыхнули мраком и стали бездонными, затягивающими, лишающими разума. И сила, надавившая на плечи, прижимающая к полу, стала сразу понятной и знакомой. Рухнув на колени Берга изумленно прошептал:
— Великий?
— Угадал, — с грустной иронией ответил Темный. Тьма и невидимая сила тут же схлынули, оставляя после себя только захваченную ночью комнату и две застывшие фигуры.
— Но что произошло? Почему вы… такой?
Темный усмехнулся. Рассказав в общих чертах свои проблемы, он закончил:
— Пока мальчик рядом со своей матерью, он спокоен. Сейчас же он начал волноваться, а я и так ослаблен без подпитки энергией. В любой момент он может вырваться из-под контроля и поверь, нам это на пользу не пойдет и вряд ли понравится. Поэтому я должен идти. Чем ближе будет она, тем проще мне управлять его сутью.
— А если он вырвется, когда мы будем делать что-нибудь противоправное? — понимая, что все равно его доводы не будут приняты, тоскливо спросил Берга.
— Значит, проблем у нас добавится, — спокойно констатировал Темный и закончил, — помоги мне и плата будет достойной.
— Великий, — Берга запнулся, так обращаться к ребенку было странно. — Я верен вам и платы мне не нужно. Я лишь опасаюсь, что могу не только не спасти женщину, но и потерять вас. Если… если то, что вы говорите, случится не вовремя.
— Я верю в тебя, — заявил тот, но Берге послышалась в его голосе неприкрытая издевка.
— Хорошо, — после долгого раздумья вздохнул Берга. — Пожалуй, узнать куда именно ее увели так будет даже проще. Вы готовы?
Получив утвердительный кивок от Темного, Берга вновь тоскливо вздохнул и велел:
— Идем.
