Первым шел Фаладан. Пожалуй, его имя знал весь Пандемоний. Это был единственный демон, которого никто не мог заменить в его герцогстве. Это был чернокнижник, каких поискать.Фаладан был действительно опасным герцогом Пандемония. И он был, наверное, единственным, кого мог выслушать владыка. Сказать, что наряду с его могуществом у него было много земли, будет ложью. Он не стремился к завоеваниям, его помыслы были нацелены на познание всего сущего, на черпание силы из самых могущественных источников. И сказать честно, у этого демонического мага получалось весьма недурно. Оружие, физическая сила, боевое искусство ̶ все это было не про него. Он мог сжигать целые армии огнем, вызывать поистине вселяющих ужас тварей и отправлять целые замки под землю. В своей ярко-красной мантии, со стоячим воротником, который частично прикрывал его обугленную морду, так как лицом это вряд ли назовешь, он казался ужасающим и одновременно таинственным. На его умной голове красовались длинные толстые рога, его хвост выглядывал из-под мантии и мотался туда-сюда, когда этот демон витал в воздухе, ̶так он передвигался, не опираясь на ноги, которые, кстати, были босые, но не обугленные, как его морда, а похожи на человеческие, ̶ только с тремя большими пальцами и огромными когтями.
Фаладан был самым старшим из имеющихся десяти герцогов и единственным герцогом своих владений. Темный чародей, маг и очень сильный противник ̶ не зря Рутар его не любил, но все-таки уважал̶ за его силу и возраст. У жителей Пандемония были в почете те демоны, которые были старше их на многие десятки, а то и сотни лет, поэтому молодой герцог относился к Фаладану с почтением, да и, честно говоря, желания сталкиваться с ним лбами и рогами не было никакого.
За чернокнижником шел тот, кто вообще не заслуживал статуса герцога, даже доспехов не было на этом худощавом, сгорбленном, с повязкой на вечно болтающем рту демоне. Слабый, не имеющий даже своих военачальников, рабски угодливый, крался по залу Имирит. Раздражала даже его физиономия, особенно пара маленьких глаз, которые неустанно следили за каждым движением герцогов. У некоторых герцогов были стражи сильнее, чем этот пес преисподней. Но не сила была главным достоинством этого отродья, а хитрость и, конечно же, обман. На самом деле снести голову этому герцогу мог, пожалуй, каждый четвертый демон Пандемония, оставался только вопрос, смог бы этот каждый добраться до истинного Имирита. У этого демона была главная особенность: он мог перевоплощаться в кого пожелает, иметь его силу, возможности и все остальное, поэтому те, кто желал убить Имирита, расплачивались смертью, хотя некоторые думали, что у них получилось, но, как потом оказывалось, глубоко ошибались. Сам же демон жил в вечной похоти со своими наложницами. Суккубы, ведьмы ̶ все самые красивые и самые опасные представительницы Пандемония обитали в графстве у Имирита. Владыка знал его возможности, но на то он и был королем ада, чтобы знать, что его силу этому жалкому демону получить невозможно. Некоторые из могучих демонов тоже блокировали его возможности, но их было не так много. Имирит был разведчиком фронта, его можно было заслать в тыл врага, чтобы добыть нужную информацию. Владыка держал его как игрушку, как вещь, которая нужна для использования, поэтому Имирита никто не трогал и не посягал на его земли, так как за ним стоял сам повелитель.
Последними шли два отчаянных дружка. Один, в своем изодранном красном балахоне, витал в воздухе, как тень, а второй шел рядом, высокий, в черных, идеально слаженных доспехах на мощном торсе.
Первый был Сумрагон, демон-призрак, который питался душами еще живых демонов, чьи земли были полностью необитаемы для живых, но переполнены душами мертвых. Этот герцог, можно сказать, отвечал за умерших и создавал армию из них. Он как бы заботился о загробном мире Пандемония, но при этом был великолепным тактиком, и его войска шли первыми в строю войск объединённых сил ада, так как они не знали страха смерти, потому что уже были мертвы. Сумрагон частенько бился с герцогством Хот-Гана, но только еще при жизни его отца, с молодым же демоном он лбами не сталкивался, но их неприязнь была и так понятна. Питался он силой убиенных им воинов, и поэтому чем больше он их уничтожал, тем сильнее он был, и никто не знал, сколько уже полегло от его когтистой лапы, которая одним рывком забирала душу из живого тела. Сумрагон всегда стремился к власти, и поэтому все остальные демоны были для него средствами для достижения цели в его коварных планах.
