Лишь молодой Рутар следовал за парящим впереди Фаладаном, который двигался к выходу из черного замка. У Рутара не было страха, что повелитель предаст его и заключит в темницу. Нет, он нужен был своей огненной родине. Мысли почему-то крутились только вокруг его возлюбленной, Рутар впервые почувствовал тоску. Ему хотелось к себе домой, а не в древнюю башню, где он с этим чародеем будет что-то делать на благо Пандемония. Но такова была его судьба, ему требовалось выполнить то, что ему сказали.
Выйдя во двор, молодой герцог видел, как отпущенные демоны уходили в открытые для них порталы, но ни его портала, ни портала Фаладана не было. Пока он осмысливал эти изменения, чернокнижник остановился и смотрел на него. Рутар посмотрел в глаза этому древнему демону, на что тот лишь спросил:
̶ Готов?
Сын Калдохона кивнул, и в одно мгновение мощная рука Фаладана, казавшаяся костлявой и хрупкой, толкнула его в грудь, и они помчались в портал, прямиком в древнюю башню Хиш-Андулабан, навстречу своей судье. И все же Рутара не покидала тоска, но он как истинный воин отогнал ее в ту же секунду и сосредоточился. Чаша равновесия качнулась, и теперь кончились все игры и тренировки, теперь у них есть настоящий враг, с которым они еще не сталкивались, теперь пришла пора доказать всем, что он лучший, а для этого требовалось время и терпение. Этого герцогу хватало с избытком.
Хорс был погружен в свои мысли о доме, о родителях, о словах, что говорил ему отец на прощание, ну и конечно, он думал о Лонель. Наверное, больше всего о ней. В жизни как раз бывает так, что когда наступают трудные минуты, то почему-то человек задумывается не о тех, кому он дорог, ̶ он направляет свои мысли навстречу тому, кто засел у него в сердце, в душе, в мыслях. Так же было и у этого столь крепкого характером мальчишки. Это были его первые эмоции, связанные с чувствами, и он погружался в этот омут с головой, и лишь иногда выныривал из него, чтобы вспомнить что-то другое. Так и получилось, что Хорс шел вместе со всем обозом новобранцев, которые прибывали с каждым заходом в деревню или село, но знакомиться не торопился: мальчишка помнил слова отца и пока что просто присматривался, да и не было возможности, весь день они шли, лишь иногда останавливаясь на привал, а вечером была скудная пища и долгожданный отдых. И так, погрузившись в свои мысли, Хорс услышал громкий мужской окрик, который вернул его к реальности.
̶ Стоять! — голос офицера прозвучал звонко и властно, все резко остановились и стали озираться по сторонам.
Перед толпой новобранцев был огромный лагерь, в котором уже шла подготовка молодых солдат, которым предстояло стать настоящими воинами. Для всех это было что-то новое, они смотрели на обучавшихся с каким-то необычным интересом. По всему лагерю были слышны крики и команды старшин, которые грозными ругательствами указывали на ошибки юношей. И все же лагерь был настоящим островом испытаний: по всему периметру он был обнесен высоченным частоколом, у макушек которого расхаживали вооруженные солдаты, от чего складывалось впечатление, что это лагерь военнопленных. Но на самом деле все было иначе. Повсюду шла тренировка. Все, кто находился здесь, были разбиты на группы и тренировались в соответствии с требованиями своего наставника. Пока доставивший новобранцев офицер давал отчет о том, что люди прибыли и готовы приступить к тренировкам, юноши с любопытством рассматривали место, в котором им предстояло научиться быть бойцами и, возможно, блеснуть своими умениями. Сейчас, конечно, это их не сильно заботило. Кто-то смотрел на все с испугом, кто-то с любопытством, были и те, кому на все было наплевать. Вот именно из таких и получались самые крепкие и отважные воины. А все потому, что они не боялись сложностей, шли навстречу неизвестности и были уверены, что победят.
