Той девушки, которая отчётливо представляла себе дальнейшие шаги, больше не было. Остались только волны. На берегу сидел совсем иной человек, зарабатывающий другие деньги в другом месте. Настоящая Анна не знала, её ли это место, что она захочет выстроить на имеющемся фундаменте. Сейчас она смотрела, как волны уносят песок, возвращая взамен другой, покрытый пеной и промытый солёной водой.
Звуки шагов, свет костюмов. Приглушённые, только они сопровождали бег. Пара спешила, призраками пролетая по последним улицам пригорода. Спутники меняли очерёдность, корректировали маршрут и темп, получая снимки местности, записи со станций наблюдения, данные с внутренних и внешних датчиков собственных систем. Спустя полчаса бега Птах притронулся к плечу Анны и замедлил шаг.
— Можем не спешить дальше, — тихо пояснил на выдохе мужчина.
Глаза блеснули среди тёмных улиц в тусклом свете. Птах моргнул, движением передал информацию и тут же пояснил:
— Обнаруженные цели скрылись, остаточная активность не снижается. Сеть только сформировала выводы. Что-то работает в здании, в паре километров отсюда. И вряд ли спешка изменит положение дел. Мы только зарядили оборудование. Трудно сказать, когда подвернётся следующий удобный случай…
— Согласна, посмотрим, — перебила Анна.
Она повернулась и почти остановилась. Волосы качнулись по инерции. Девушка кивнула и добавила:
— Знаешь, всё думала, почему мы так переживаем. Вдруг нами управляют внезапностью и удивлением? Случившееся выходит за рамки знакомого и привычного.
— Цепляет, как внезапная заноза от собственной трости, — подхватил Птах.
Анна представила себе мужчину с деревянной тростью. Не стала лезть в сеть за записями спутника, чтобы проверить догадки. Улыбнулась так, что Птах улыбнулся в ответ, и сказала:
— Может быть. Мы привыкли считать себя неуязвимыми и разумными. Легко, с накопленным опытом. Знаешь, когда за нами множество поколений людей, машин и их сплавов. Но что-то новое всегда может оставить не у дел. Пока мы считали, что лишь на время. Что неудача случайна. Досадна, но терпима.
Девушка посмотрела на место ранения. На мгновение, но Анне показалось, что Птах уловил взгляд. Поэтому она добавила чуть быстрее:
— Например, первый сорванный на новой планете цветок дурманит, но в следующий раз твой костюм заблокирует опасные вещества. Их состав будет анализироваться и может стать новой панацеей от болезни, паразита или агрессивного вида. Наш случай совсем другой.
— Возможно, — выдохнул Птах. — Практические выводы есть?
— Если всё возможно, то должна увеличиться вероятность плохого исхода. Мы должны уметь сомневаться и разумно переживать. Полностью самостоятельно. Принципы лучших инструкций написаны в подобном духе.
— Инструкции не всегда конкретны, — сказал мужчина. — Основные машины будут оживать вечность, если вообще заработают. Временно бесполезные устройства только заняли большую часть снаряжения благодаря сети. По мне даже разумные интерпретации помощников не очень удобны. Что именно тебя беспокоит?
После порыва ветер затих. В тишине голос девушки казался громче.
— Мысли в голову лезут всякие. Что если впереди ждёт смерть? Не какая-то неопределённая ловушка, а конкретное убийство, западня. Опасная, рассчитанная и выверенная, которую рабочие муравьи оставили. Потом мелкие разбежались тропками, семеня лапками в темноте. А воины только протирают усики и оружие, ожидая подходящего момента. Потому как коллективный разум уже надел на нас шоры, пустил прямиком под откос.
— Предлагаю не строить ожиданий и не питать иллюзий без повода, — Птах ответил, не отвлекаясь и не сбавляя шаг. — не паниковать. Действия твоих вандалов-соседей непредсказуемы и опасны, лучшее решение — осторожность и внимательность. Ничего больше нет, никаких муравьиных ловушек. Ты же видела карту местности?
— Сейчас обновила ещё раз, — ответила девушка.
Её глаза привыкали к движению с наложенным маршрутом и уже механически осматривали местность. Картинка в голове казалась не очень удобной. Через пару секунд Анна озвучила подборку сети:
— Центр города в едином кольце из заграждений. Под защитой один из пяти десятков очагов, выбранных и законсервированных на случай возвращения людей. Один из крупнейших. Его ещё поддерживает в порядке пара сотен машин, но некоторые сооружения достигли критического состояния. Такими решено пожертвовать. В кольце стен поддерживаются магистрали, внутри сохранилось резервное питание и водоснабжение.
— Не рассчитываю на душ, но и без него положение двоякое, — Птах улыбнулся, покачав головой. — Место явно выбрано не случайно, но привычный рельеф и подчинение систем на нашей стороне. Мы пройдем по этой трассе над южной частью города, а затем спустимся. Нитей не так много, но если задействовать генераторы в костюмах, длины и прочности итоговой верёвки хватит для спуска с трассы прямо на уровень городских строений. Минут через двадцать мы окажемся в юго-восточной части парка. Поторопимся?
Девушка увеличила картинку, скорректировала точку просмотра и кивнула на выведенную на проекцию.