— Что система определила следы только двоих человек на выходе, — перебила его девушка, разбираемая новостью. — И ты считаешь, что дорога подлинней может рассказать побольше?
— Скорее всего, — кивнул спутник, двинувшись вслед за девушкой. — Но мне неуютно от происходящего. При всей безопасности.
— Словно потребовалось острое лечение зубов. — согласилась Аня, на два шага опережавшая мужчину. — Ты в безопасности, боли не чувствуешь и инструменты во рту работают быстро и слаженно. Но ощущение неясной уязвимости, неприятной ловушки и навязчивого неудобства не проходит.
Это же чувство крепло внутри девушки ещё девятнадцать минут спустя. Во время подъёма, прежде чем в небольшом техническом углублении свет костюмов отразился в отблесках на белой коже. Дыхание обоих немного сбилось, но совсем не от спешки. В нише почти не начатого прохода лежали трупы. Металлические панели сильно контрастировали с бледной синеватой кожей.
— Они умирают парами, — заключил Птах, подойдя к двум покойникам. — Аналогичная картина. Оставлены браслеты, следы отравления на коже и никаких признаков насилия. Только тела не закопаны.
— Но тоже под землёй, — добавила Аня, проведя рукой по краю проёма. — И тут явно сдвинуто заграждение. Следы и стёртая пыль, стоит только посветить. Скорее всего в сети оставили место для ответвления, если дополнительный канал понадобится проложить. Порода чем-то обработана и утрамбована, но, по сути, трупы оставили прямо у земли.
— Ага, и я догадываюсь для чего, — сказала Птах, подсветив в паре мест тела. — Смотри сюда.
Аня не сразу поняла, что из себя представляют сплетения серых ниточек, словно объёмная паутина нагромоздилась на погибших телах. Но вскоре, девушка различила в конструкции признаки грибницы. Её удлинения тянулись к открытому грунту. Казалось, что грибы растут на грани заметного, недостаточно быстро для осознанного движения, но довольно скоро для видимости прогресса. Прямо на глазах поток структур достиг земляной стены и проник внутрь.
— Вряд ли оно может управлять браслетами, — сказал Птах. — Прямой связи отравления ради роста этого я не вижу. Но всё возможно. Трупы придвинули и раздели. Смерти здесь слишком сложны для контроля грибом, не знаю я такого инструментария. Или он неизвестен нам, или так совпало.
— Я уверена, у зачатков гриба не было возможности убить носителя. И только умным паразитом произошедшее не объяснить, и не просто так он здесь появился.
— Согласен, — кивнул Птах. — Здесь что-то сложнее: то ли от заразы группа избавляется, то ли растит на себе что-то, то ли туннель особенный… не знаю, одним словом.
— И с инструментарием та же история, — кивнула Аня. — Грибы способны на взрывную экспансию, могут сжирать здания и сооружения, захватывать контроль над действиями носителя, могут быть ядовитыми и разумными. Но в меру эволюции и не в рамках одного вида.
Результаты экспресс анализа пришли обоим и одновременно выводы вышли проекцией. Изображение подсвечивало детали живого организма и поясняло их в реальном времени. Аня только озвучила итоги:
— Перед нами не творение природы в прямом смысле. Тут не просто бросили убитых, хотя пятна прежние. Очень может быть, что преследуемые боятся оказаться такой же подкормкой и выполняют все предложенные действия, мне так кажется. Мы могли не заметить отклонения в поведении раньше. Но теперь — с хлебными крошками стоит считаться.
— Особенно, если учесть все переменные, — сказал Птах, отходя в сторону уже переложившей маршрут нити. — Мы пока без связи в подземелье трупов и роботов. А значит и судьба этих двоих, оставшихся здесь навечно ради новой жизни, была предопределена ещё наверху. Наши сети и их браслеты работаю в автономном режиме под толщей земли, без полноценного запуска подземелья. Значит события просчитывались заранее. Значит печальное проявление большой игры отбрасывает тень на всё происходящее.
— Да, — согласилась и кивнула Аня. — Стоит учесть возможности продуманной загадки или сомнительной игры. Трудно сказать, как. Посмотрим по сторонам.
Уже отдаляясь от оставленных в тоннеле трупов, Аня никак не могла выпустить произошедшее из головы. Гулкие шаги в подземных сводах и повисшее в темноте молчание не добавляли спокойствия и оживлённости преследованию поредевшей группы. Девушка решила попробовать начать разговор, чего бы он ни касался. Нарушить гнетущую тишину, чтобы мысли хоть немного посветлели.
— Знаешь, я проносилась по подобным веткам, в десятке городов и на нескольких планетах, — сказала она. — Совершенно не представляла, насколько быстро и удобно пролетают вагоны и капсулы. Надземная часть более наглядная, мне она нравилась больше, но только шагая в свете костюмов на своих двоих понимаешь разницу. Техника вносит в нашу жизнь больше, чем мне представлялось раньше: и спокойствие, и наполненность, и поддержку…