- Вы не знали за мной такие способности, так ведь? Да, большую часть я вылил, но не все, остаток послал на анализ.
Она посмотрела на бумагу, которую держала в руке.
- Мышьяк, - прочла она недоверчиво.
- Да, мышьяк.
- Значит, Марина была права, когда сказала, что у кофе странный вкус?
- В этом она как раз была не права. Мышьяк не имеет вкуса. Но ее подсознание спасло ей жизнь.
- А мы-то думали, что это просто истерика!
- Даже если бы это было так, кто бы мог осудить ее? Прямо у ее ног убивают женщину, убивают практически по ошибке, вместо ее самой. Она получает письма с угрозами - одно письмо за другим... Кстати, сегодня ничего не было.
Элла покачала головой.
- Кто все это организует? Кто подбрасывает эти письма? Конечно, я понимаю, любой может сделать это - у нас повсюду открыты окна.
- Вы хотите сказать, что нам следует наглухо запереть все окна и двери? Но сейчас такая жара. И потом, в саду постоянно дежурит полиция.
- Нет, нет, в этом нет необходимости. Да к тому же я не хочу пугать ее такими мерами. Она и так достаточно напугана. В конце концов, угрожающие письма сами по себе не имеют большого значения. Но мышьяк, Элла, мышьяк это совсем другое дело.
- Но в доме никто не может отравить еду!
- Так уж не может, Элла? Вы в этом уверены?
- Не может, не опасаясь, что его увидят. Да и разве найдется такой человек.
Джейсон прервал ее:
- Люди, Элла, пойдут на что угодно ради денег.
- Но не на убийство!
- Даже на убийство. Они могут, кроме того, не знать, что совершают убийство. Слуги...
- За слуг я ручаюсь.
- Тогда Джузеппе. Сомневаюсь, можно ли доверять Джузеппе там, где речь заходит о деньгах... Конечно, он у нас несколько лет, но...
- Стоит ли мучить себя, Джейсон.
Он медленно опустился в кресло и закрыл лицо руками.
Элла не ответила. Она сидела молча, не отрывая от него взгляда.
- Что делать? - медленно произнес он с тоской.
- "Боже мой, что делать? Она была так счастлива здесь,
- Джейсон больше говорил для себя, нежели для Эллы, и не отрывал рук от лица. Если б он это сделал, его бы удивило и наверняка испугало бы выражение ее лица.
- Она была счастлива, - повторил он.
- Она хотела быть счастливой и она была счастлива. Она говорила мне об этом в тот день, когда эта миссис... как же ее?..
- Бантри?
- Да, когда миссис Бантри пришла к чаю. Она говорила, что это такое мирное место. Она говорила, что наконец нашла дом, где может жить спокойно, счастливо и чувствовать себя в безопасности. Боже мой, в безопасности!
- Она собиралась жить счастливо и спокойно? - в голосе Эллы послышалась легкая ирония.
- Да, это звучит как в сказке.
- Она, во всяком случае, в это верила.
- Но не вы! - констатировала Элла.
- Вы никогда не думали, что так будет.
Джейсон Радд улыбнулся:
- Нет. Я не верил, что это будет длиться вечно, но думал, что какое-то время - год-другой - она будет спокойна и довольна жизнью. Это могло сделать из нее совсем другую женщину. Это могло ей дать уверенность в себе. Она могла быть счастлива, а когда она счастлива, она как ребенок. Совсем как ребенок. И надо ж было, чтобы с ней произошло это.
Элла беспокойно шевельнулась.
- Это могло произойти с каждым из нас, - бесцеремонно заметила она.
- Такова жизнь. Нам всем приходится принимать ее как должное. Некоторые из нас могут это, некоторые - нет. Марина из тех, кто не может.
Она чихнула.
- У вас снова лихорадка?
- Да. Кстати, Джузеппе уехал в Лондон.
- В Лондон? Зачем? - в удивлении спросил Джейсон.
- Какие-то неприятности в семье. У него родственники в Сохо, и один из них серьезно болен. Он разговаривал с Мариной, и она отпустила его на день. Сегодня ночью он должен вернуться. Вы не возражаете против этого, нет?
- Нет, не возражаю...
- Джейсон встал и зашагал по комнате.
- Если бы я мог увезти ее куда-нибудь... сейчас же...
- И прервать съемки? Но подумайте...
- Я могу думать только о Марине!
- Джейсон повысил голос.
- Неужели вы не понимаете? Она в опасности. Больше я ничего не знаю и знать не хочу.
Элла импульсивно открыла рот и, не сказав ничего, закрыла. Снова приглушенно чихнув, встала.
- Пойду воспользуюсь ингалятором.
Она вышла из комнаты и направилась в свою спальню, зло повторяя: "Марина... Марина... Марина... Всегда одна только Марина..."
Ярость поднялась в ней. Немного овладев собой, она зашла в ванную и взяла ингалятор, которым пользовалась от насморка, вставила носик ингалятора в ноздрю и нажала на грушу. Слишком поздно она почувствовала что-то неладное... незнакомый запах горького миндаля... Уже, однако, не было времени, чтобы разжать пальцы...
Глава восемнадцатая
1
Фрэнк Корниш положил трубку.
- Мисс Брустер сегодня утром уехала из Лондона, - объявил он.
- И теперь она?.. - спросил Крэддок.
- Вы думаете, что она...
- Не знаю, ничего не знаю. А Ардвик Фенн?
- Он тоже уехал. Я попросил передать ему, чтобы он вам позвонил, когда вернется. И Марго Бенс, частный фотограф, получила заказ где-то в этом графстве. Ее компаньон не знает, где она, - во всяком случае, так он говорит. Дворецкий Джузеппе уехал в Лондон.
