— Можно подумать, что ты завидуешь и ревнуешь. — заметила Женя и высказала брату бывшего мужа то, что не смогла сказать ему самому. — Я уверенна, что в субботу Андрей устроил официальное знакомство Гриши с этой вашей Софьей, где она предстала не как подруга дяди Лёши, а как папина девушка. Не понимаю, для чего это нужно было делать. Они же не живут вместе, чтобы он не мог выделить один вечер для общения с сыном без присмотра подружки? Я себе такого не позволяю.
— Не живут. — согласился Лёшка. — Но Софья барышня активная, возможно, сама нарисовалась, чтобы обстановку разведать, и нашему известному в узких кругах джентльмену ничего не оставалось, как пригласить её и представить Грише.
Спорить с ним Женя не стала. Впереди её ждал сбор вещей, а потом весёлая поездка на поезде вместе с уже шестилетним мальчишкой и вредной таксой, поэтому она должна копить силы и нервы, часть которых и так уходит на подавление желания устроить разборки с Андреем.
Времени на ссоры нет, отпуск начался.
— …кажется, хочу быть похожей на неё, когда вырасту. То есть я уже выросла и являюсь взрослым человеком, но ты понимаешь, что я имела в виду?
— Нет, не понимаю. Три недели назад, ты мечтала о том, чтобы Маргарита укатила куда подальше и пропала там без вести, а теперь она стала твоим идеалом?
— Про пропала без вести я не говорила. — пробурчала Саша. — Ей почти сорок, а она в отличной физической форме, при этом она не только на тренировки ходит, а ещё воспитывает и заботится о детях.
— Мне идёт четвёртый десяток, я прилично выгляжу, тоже работаю, и на моём попечении находится ребёнок и собака. — ревниво напомнила Женя.
— Ты совсем другая. Смелая, яркая и красивая по природе, а не благодаря усердной работе над собой.
Потемнеть ещё не успело, и Женя, расположившись на скамейке у крыльца, чистила грибы. С подругой она общалась с помощью маминой гарнитуры. Вещь оказалась жутко полезной для тех, кто проводит дни, копошась среди грядок и не имея возможности держать у уха телефон.
Евгения была в замешательстве. С чего сегодня Александра жизнерадостно хвалит Маргариту, если ещё несколько дней назад она переживала из-за того, что жена депутата снова наблюдала за её занятиями, наверняка готовясь увести ещё одного подопечного? Но вскоре ответ на этот вопрос был найден, а точнее услышан.
— … Каникулы у детей закончились, квалификацию она подтвердила, навыки обновила, независимость от мужа показала — теперь с чистой совестью возвращается беречь домашний очаг.
— То есть Маргарита в клуб устроилась, чтобы пару месяцев хвостом покрутить, себя показать и мужу напомнить о том, что она женщина интересная умеет к себе взгляды приковывать? — сделала вывод Женя. — И она сама тебя всё это выложила?
— Не в такой форме, как ты озвучила, но да. А ещё она меня похвалила и сказала, что если к ней обратятся желающие заняться тренировками, она направит их ко мне.
— Щедро. — протянула Женя и, едва не порезав палец, ойкнула и ехидно спросила. — А ты, поди, покаялась в недостойных мыслях, касательно её нравственного облика, и расплакалась у неё на груди?
— Нет, не решилась признаться. К тому же, клиентку она у меня ведь отбила, значит, повод плохо о ней думать, у нас был. — ответила Александра. — Мы не только о тренировках говорили. Знаешь, Маргарита уверена, что невозможно быть успешной в профессии, заботиться о детях и оставаться хорошей женой одновременно. Точнее, возможно, но тогда всё это будет в тягость и счастливой такая женщина не будет. Это же не так? Моя мама работала, о нас с папой заботилась и несчастной не выглядела. Ты же в браке не страдала?
— Не страдала. Но я и работала дома и по паре часов в неделю. Да и была не самой лучшей женой, раз всё так закончилась.
Стемнело. Елена вернулась с работы и ужинала в компании внука. А Евгения, давно закончившая разговор с подругой, уже дочистила грибы и успела продрогнуть, но так и сидела на месте. Даже манящий аромат запеченной курочки, разносившийся из приоткрытого окна кухни, под которым она сидела, не вывел её из задумчивости. Она думала о женском счастье.
Женя не просыпалась по будням с широкой улыбкой на лице и с мыслью, как бы поскорей оказаться на рабочем месте и приступить к своим должностным обязанностям, но это не значит, что она не любила свою работу. С первого класса Евгения Сергеевна Чиркова буквам предпочитала цифры, поэтому с выбором будущей профессии долго не маялась. Конечно, во взрослой жизни всё оказалось не так, как она себе представляла в школе, решив, что раз любит решать математические уравнения, то профессия бухгалтера создана для неё, ведь считать у неё получается лучше всего. Когда обнаружилось, что её работа связана с огромным количеством отчётов, договоров, а ещё и ответственностью, Женя хоть и расстроилась, но в выбранной профессиональной стезе не разочаровалась. А придя в «Зевс», она и вовсе почувствовала себя на своём месте.
«Я очень даже ценный кадр, повезло Адоеву со мной, — подумала Женя. — И мать из меня вышла не плохая».
