Приняв, что в ближайшее время Андрей будет стараться по максимуму проводить время с сыном, Софья решила сделать очередную попытку сблизиться с мальчиком. Раз его родители не считают нужным обратиться за психологической поддержкой к специалисту, она попыталась взять эту обязанность на себя.
— Если есть что-то, что ты не можешь сказать родителям, то смело говори это мне. Я тебя им не выдам и ругать не буду, — ласково пообещала она.
— Ясно, — кивнул Гриша.
— У тебя есть ко мне вопросы?
Гриша был хорошим и воспитанным мальчиком, поэтому ответив:
— Нет, — дружелюбно задал такой же вопрос. — А у тебе?
Не подготовившись заранее, она спросила о том, что по её мнению мог бы спросить психолог.
— А этот дядя Руслан тебя не пугает?
— Он не страшный.
— Он чужой человек рядом с тобой и твоей мамой, — объяснила смысл вопроса Софья. — Вдруг он плохой и хочет вас обмануть, а мама этого не замечает?
— Не, — отмахнулся мальчик. — У нас был мужской разговор, дядя Руслан не будет обижать и обманывать, потому что любит маму и хочет к нам в семью.
— Это хорошо, — медленно проговорила Софья, точно не зная, было ли это, или мальчик сочинил «мужской разговор». Разве не все дети любят фантазировать и привирать? Да и с какой стати взрослому мужику говорить ребёнку о любви к женщине?
— Хорошо, — согласился он.
— И тебе не обидно, что чужой дядя будет крутиться возле твоей мамы и лезть в семью?
— Чего в этом такого? — пожал плечиками Гриша. — Вот ты с папой крутишься, к моим бабушке и деду в гости ходишь, а нам с мамой не обидно.
«Поскорей бы наступило завтра, и тебя отвезли к маме» — оскорблено подумала Софья.
Первым, что почувствовал Руслан проснувшись, было ощущение того, что с его пальцами что-то не так. Будто их было слишком много, и от этого он даже не дотрагивался до одеяла, на котором должна была лежать его ладонь.
Глаза он открыл, но вместо того, чтобы проверить руку, прищурившись, уставился в потолок, и, не двигаясь, проанализировал состояние своего тела. Выяснилось, что его голень и стопа прикасаются к чему-то тёплому и гладкому.
«Это точно не Женя», — заключил ещё пока сонный мозг, и дал сигнал к действию.
Первым делом Руслан посмотрел на свою верхнюю конечность.
«Я за руки нечасто держался, тут любой мог растеряться», — нашёл он себе оправдание, обнаружив, что «лишние пальцы» принадлежат Жене, ведь каким-то образом во сне руки притянулись к друг другу, и он накрыл женскую ладошку своею, а их пальцы слабо переплелись.
Дальше внимание переключилось на неизвестный объект, которого точно не было, когда он засыпал, зато теперь это что-то живое скрывалось под одеялом у его ног.
Из кино Руслан знал, что дети могут забираться в постель родителей, но Гришка был у отца, а другими детьми они с Женей не обзавелись.
Всё ещё соприкасаясь со спящей Женей ладонями, мужчина опустил свободную руку как можно ниже и, сжав одеяло, дёрнул на себя.
Первым он увидел собственные ноги, вторым возмущённый взгляд потревоженной таксы, а третьим одну Женину стопу, которая от его действия тоже оказалась без тёплой защиты и, словно ища пропавшее одеяло, пошевелила пальчиками.
Это движение отвлекло таксу, перестав пялиться на Руслана, Тонька фыркуна, поднявшись, показала ему хвостатый зад и спрыгнула с постели.
Когда цоканье собачьих лап затихло, а женские пальчики выскользнули из-под его ладони, Руслан повернул голову к проснувшейся Жене.
— Ты с Сашкой говорила? У неё в пятницу вроде сотрясение случилось.
Должно быть, для пары, которой ещё не так часто удавалось проснуться рядом, странно начинать утро не с приятных слов или сонных, медленных ласк, а с разговора о друзьях. Но слова Руслана можно объяснить, и к тому же это не самое чудаковатое, что он мог выдать
Обнаружив в постели таксу, мужчина вспомнила о том, как Олег жаловался, что Балу периодически пытается проскользнуть в хозяйскую спальню, и Саша только потакает его желанию поваляться на кровати. Также он вспомнил, что утро в доме Адоевых начинается с того, что Олег первым встаёт и идёт гулять с Сашиным псом.
«Я не такой каблук, как он, выгуливать будем по очереди, — пообещал себе Руслан, прежде чем обратиться к Жене. И он не видел проблемы в том, чтобы прямо в эту же секунду предупредить, что с собакой будет гулять только раз в день, а не утром и вечером, но Женин вид сбил его с толку. Сморщив нос, она пыталась прогнать остатки сна, часто моргая, а примятые волосы не прятали нежно-розовое ухо, которое ему сразу же захотелось потрогать. Таким образов мысли об Олеге и женской голове соединились, и воображение нарисовало грустную Александру Адоеву с пластырем на лбу.
В общем, Руслан был ещё тем романтиком.
Евгения решила, что Саша может ещё отдыхать, и беспокоить её с вопросом о самочувствии с самого утра не нужно. Но на Гришиного отца это щепетильное отношение не распространялось, и раз уж он захотел взять на эти дни на себе обязанность присмотреть и позаботиться о ребёнке, то уже должен кормить его завтраком.
