— Если они мелко нарезаны в салате то да, а сами по себе — нет. Они слизкие, особенно шапочки, — скривился он. Жене пришлось прикусить язык, напомнив себе, что говорит она со взрослым мужчиной, а не ребёнком, которого можно убедить в том, что хоть некоторые продукты и не слишком вкусные, но есть их обязательно нужно, чтобы быть большим и умным.
Руслан имел право на свои вкусовые предпочтения, хоть сама она их не разделяла. К тому же совсем от еды он не отказался, и вместо того, чтобы найти в холодильнике что-нибудь более предпочтительное, ест то, что она приготовила. А может его тошнит от одного вида грибов, и делает он это, только чтобы не обидеть?
«Ну уж нет, — тут же откинула Женя эту мысль. — Давиться в угоду моему самолюбию Руслан бы не стал. Да и картошка удалась в меру поджаристой, чего ему её не есть?».
Долго наблюдать за тем, как Руслан с преувеличенно воодушевленным видом вылавливает из смеси ломтики картошки, она не стала, а занялась тем, ради чего по идеи и приехала. Пакет с вещами сына, Евгения отнесла в выделенную для него комнату, а потом потянула за собой в спальню большой чехол, с несколькими вешалками, на которых уместился её парадно-вечерний гардероб, состоящий из трёх платьев и одного костюмчика. Из своей квартиры она привезла именно их, решив, что красивая одежда будет первым, чем она пометит новую территорию.
Тут то и выяснилась ещё одна проблема. А точнее новый факт о личности Руслана. Он не только не любил грибы, а ещё и не складывал одежду. Встроенный глянцевый шкаф-купе был практически пуст в секции с полками, но зато забит под завязку в отделе для вешалок.
Нагло оккупировать территорию Женя не стала, и в ожидании хозяина, опустилась на кровать, уложив рядом свой чехол.
Появившийся через несколько минут Руслан объяснил Жени систему хранения вещей.
За исключением пиджаков, за своей одеждой Руслан ухаживает сам, и раз в две недели устраивает большую глажку, после которой развешивает на вешалки не только рубашки, но также кофты, футболки, джинсы и брюки.
— Не люблю ходить в мятом, — закончил он свои объяснения.
Спорить с тем, что постиранные и выглаженные вещи надевать приятней помятых, было бы абсурдно. Да и навык самостоятельного ухаживания за одеждой был похвальным, но сказать на это что-нибудь колкое Жене захотелось.
После того чувственного урагана, захватившего их, стоило им перейти порог квартиры, заканчивать вечер ссорой было бы неправильным. Поэтому она лишь ехидно поинтересовалась, не гладит ли Руслан носки, и, указав на свой чехол, спросила, позволено ли ей повесить его в шкафу.
В том, что мужчина не стал судорожно скидывать половину своей одежды на пол, освобождая на металлической штанге место для Жениных вешалок, неожиданности не было. Подхватив чехол, он втиснул его у боковой стенки шкафа, пододвинув в сторону висящие толстовки.
«Он ведь их даже не носит», — распаляясь, подумала Евгения и процедила:
— Мне нужно место, где я смогу разместить свою одежду.
— Да, полок тебе будет не достаточно, — кивнул Руслан.
Представляя их совместное проживанию, он наивно не учёл, что с женщиной к нему переедут не только ребёнок и такса, но ещё и их вещи. Расходы на покупку шкафов для Жени и Гриши не превысят тот бюджет, который Руслан выделил на траты, связанные с их переездом, поэтому никакой трудности он в этом не видел и менять привычки по хранению своей одежды не собирался. Но то, что Женя рассердилась, он уловил, хоть причины для этого и нет… Разве что он увлёкся и не заметил, что сделал ей больно?
— Ты в порядке? — спохватился Руслан. — Сам не понял, как накинулся на тебя. Набрать горячую ванну? Полежишь, расслабишься, я тебе вина налью.
«Идеальных не бывает… Зато заботливый, — рассудила Женя, переставая дуться. — Оберегаемой жилплощадью делится, деньги тратит, пусть уж драгоценные вешалки при себе оставит. И грибов нам с Гришкой больше достанется».
— Каждый день я такого вынести не смогу, — встав с кровати, признала Женя, ощутив слабый дискомфорт между бёдер. — Слишком мощно и яростно для меня, так что для безопасного повторения придётся потренироваться пару недель в горизонтальном положении и на мягкой поверхности.
— Значит, будем тренироваться, — одним слитным движением приблизился к ней Руслан.
— Мне возвращаться пора, — не поддалась она его соблазнительной ухмылке и потемневшему взгляду, внутри ликуя от ощущения своей для него желанности. — О домашнем задании спросить, собаку выгулять.
Снова оказавшись в машине, Руслан не глядя на Женю, заметил:
— Скоро тебе уже некуда будет от меня убегать.
— И бегать уже будешь ты, — повторила она его интонацию.
— Тебе наша маменька звонила? — получила вопрос Женя, ответив на звонок Алексея Майорова. До конца рабочего дня оставалось меньше десяти минут, ничего, требующего задержаться, у прекрасных и исполнительных представительниц бухгалтерии «Зевса» не было, поэтому компьютеры уже были выключены, и стояла тишина, нарушаемая лишь шебуршанием наманикюренных пальчиков в женских сумках.
