– Морина, ты ведь понимаешь, все это из-за того, что я разорвал сделку с нефтеперерабатывающим заводом. – Бастиан ущипнул себя за переносицу, и я увидела тени под его глазами. – Сегодня они заставили меня действовать, и от этого страна только выиграет.
Я толкнула его плечом и кивнула.
– Ты поступил так, как посчитал нужным, но не исключено, что при этом руководствовался чувствами.
– Даже не задумываясь действовал так, как подсказала интуиция. Достаточно смелое заявление.
– Ты в состоянии справиться с этим? – Я знала, что он способен на это, но сомневалась, осознавал ли это сам Бастиан. Он посмотрел на меня, потом на воду.
– Да. Я просил президента форсировать переход этого штата на чистую энергию. Все произойдёт быстро, у нас все получится.
– Вот только сегодня ты нажил врагов.
– Это неизбежно.
– Вероятнее всего, в будущем тебе придется лучше держать себя в руках.
– Морина, я вполне способен…
– Ты способен на многое, – и я искренне верила в то, что говорила. – Но ты не всегда выбираешь правильный путь. Уверена, вместе у нас получится лучше.
– Хочешь остаться?
– Хочу и нуждаюсь. Даже сегодняшний гороскоп велел делать так, как лучше для меня. А еще Кейд рассказал, что ты готовишь, чтобы успокоиться.
Его взгляд смягчился, руки легли на мою талию.
– Я не святой, хотя он считает иначе.
– Он считает тебя старшим братом, который возродил разрушенную империю. Бастиан, ты научил его готовить, и все рассчитывают, что ты установишь мир. Я горжусь тем, что ты понимаешь, когда нужно вмешаться и начать войну. Не обесценивай свои поступки.
В ответ на мою похвалу он покачал головой.
– Морина, стоило рассказать тебе о сделке.
– Да, стоило. Но потом ты выпустил наружу Себастиана Арманелли, мужчину, который выплескивает ярость только ради меня.
Он усмехнулся.
– Знаешь, что оставшись со мной, всегда будешь подвергаться риску?
Я хмыкнула.
– И что, ты сделаешь как лучше для меня и отпустишь?
Себастиан Арманелли широко улыбнулся.
– Ни за что на свете.
– Что ты делаешь? – Мы были в гостиной нашего пентхауса, который стал нам домом. Бастиан купил дом моей бабушки только для того, чтобы я в итоге велела ему продать его. Мне очень нравилось жить в высотном здании, где он опрыскивал чертовы растения из своей бутылки.
– Связываю тебя, – ответил Бастиан. Он обматывал мои запястья шелком так, словно уже принял решение и этот поступок был крайне логичным.
Я попыталась убрать руки, но они уже были связаны, и он резко дернул за конец шелка. В результате я потеряла равновесие и уткнулась ему в грудь.
Луна уже удалилась в свою спальню. Когда дело касалось режима сна, собака вела себя как настоящая принцесса. Она скулила, требуя проводить ее в кровать, и каждый вечер в восемь часов Бастиан следовал за ней по коридору, приносил ей собачье лакомство из шкафа для белья и говорил, что любит ее.
Мои волосы рассыпались по плечам, и я посмотрела на него сквозь них.
– Решил, что это весело?
– Если тебе не нравится, скажи прекратить. – Он пожал плечами. – Я хочу удовлетворить свою жену, потому что, похоже, ей нужно напомнить, что ее любят, даже когда она ведет себя нелепо.
– И когда это я вела себя нелепо?
Он повернул нас и распахнул дверь в патио.
– О нет, Бастиан.
– О да, Морина. Ты должна выйти сюда и насладиться соляными лампами, которые я установил на нашем балконе.
– Очень ценю это. – Я толкнула его в грудь, но он обхватил меня, не позволяя уйти. Я попыталась освободить руки, однако он дернул обратно. – Но сомневаюсь, что мне там понравятся так же сильно, как тебе.
– Обязательно понравится, ragazza, – прошептал он мне на ухо. Не успела я остановить его, как он подхватил меня на руки и вынес на балкон.
Взвизгнув, я вцепилась в его рубашку. На нас тут же налетел ветер, словно говоря, что это неестественно для человека – находиться так высоко под открытым небом.
И я была с ним согласна. Закрыв глаза, я прошептала:
– Если я умру, буду мучить тебя даже после смерти, как делала моя бабушка. Я превращу твою жизнь в ад.
– Морина, разве у нас есть причина для беспокойства? Соляные лампы поглощают все отрицательные ионы. – Он рассмеялся и понес меня к своему дубовому креслу-качалке.
– Все не так, и ты сам это знаешь. – Прикусив губу, я наблюдала, как он садится. Мне было страшно, я боялась, что пол проломится, тогда мы упадем с высоты пятидесяти этажей, и нас ждет верная гибель. Мы заслуживали такого исхода, потому что, выйдя сюда, повели себя легкомысленно, словно были богами.
– Ragazza, открой глаза, – прошептал Бастиан и провел пальцем по моей щеке.
Сделав глубокий вдох, я напомнила себе, что этот мужчина ради меня лишал жизни других. Стремясь защитить меня, он подарил мне титул Неприкасаемой, каждую ночь после бурного секса укладывал меня спать и постоянно повторял, что любит. Приоткрыв один глаз, я посмотрела на него.
– Я доверяю тебе, Бастиан.
– Так и должно быть. – Он кивнул, а затем велел: – Теперь смотри.
Перила и козырек нашего балкона, которые огибали весь пентхаус, были усыпаны крошечными кристаллами. Они светились розовым, похожим на цвет лучей уходящего солнца.
