Я смеюсь. Теперь, после пережитого, я больше не испытываю влюбленности или смущения. Франциск в миг превратился из недоступного Аполлона, в друга, с которым можно вместе посмеяться.
— Теперь я работник года, — иронично посмеиваюсь над собой, глядя на перевязанную ногу.
— Ты об этом не думай. Я с твоей хозяйкой переговорил, она тебя трогать не будет. Вот кстати и она. А я пойду, выздоравливай. Завтра свидимся.
— Ладно, пока. — С легкостью отпускаю своего спасителя.
В дверях действительно стоит Эльза. Она добрым взглядом, какой для нее редкость, провожает незваного гостя. И обращается ко мне:
— Тебе придется дней десять не вставать с постели.
— Простите, сеньора. Я не хотела, чтобы так получилось. Я позже все отработаю.
— Нет, не нужно переживать за работу. Франциск обещал приходить сюда по вечерам, и помогать Маше. Не готовить, конечно. Но ведер ей натаскает, пока ты не поправишься.
От слов Эльзы я почему-то краснею. Это так странно, когда кто-то вступается за тебя, помогает, делает для тебя что-то хорошее. Хочется сказать: «нет-нет, не нужно. Я этого не заслуживаю». И вместе с тем приятно.
— Не смущайся, Франциск всегда был добрым мальчиком. И вырос в справедливого мужчину. Поэтому не думаю, что тебе стоит льстить себе. Понимаешь?
Я согласно киваю.
— У тебя был сложный день, и я хочу, чтобы он не заканчивался так ужасно. Дело в том, что утром, я попробовала твой десерт. И он мне понравился. Ты молодец, и сильно постаралась. Скажу еще кое-что. Я осмелилась угостить пирожными принца. — Эльза улыбается такой ласковой улыбкой, что молодеет сразу на двадцать лет. — Поэтому, как только ты выздоровеешь, то начнешь готовить завтраки для будущего короля Эгелии. Поздравляю тебя. Это огромная честь.
— Спасибо большое, сеньора, — глаза наполняются слезами радости.
- Этот отрез ткани твоя награда за работу, — Эльза указывает на материю, что лежит на сундуке. — Вот еще, что — можешь пользоваться библиотекой в свободное от работы время. Попросишь кого-нибудь из слуг, они принесут тебе что пожелаешь. Пока ты сама не можешь подняться с постели.
Сказанное действительно поражает меня и радует. По груди расплывается удовлетворение от полученного признания. Настоящий бальзам для моей самооценки.
Эльза уходит, и я остаюсь одна. Нахожу глазами на столике букет полевых цветов.
«Может это от него?»
С самого утра весь город стоит на ушах. На улицах то и дело взрываются хлопушки, время от времени барабанят и дудят музыканты. В город валит шумный цветной народец в качестве артистов, циркачей и комедиантов. И не просто так. В стране большой праздник — наследнику престола исполняется восемнадцать лет.
За все те четыре года, что я провела под крылышком у Эльзы мне ни разу не удалось увидеть принца. Признаться, очень хочется хотя бы глазочком на него посмотреть. Ведь это я его придумала. Решила, что волосы у мальчика будут белесыми и курчавыми, глаза голубыми, как у меня, а отличительной особенностью станет клевер на лице. Как символ удачи.
Теперь принц совсем взрослый мужчина. И мне безумно любопытно, каким он стал. Слухи доходят скверные. Принц плохо питается, из комнаты практически не выходит. Все время занят своим зеркалом. Военными или политическими делами совсем не интересуется.
Это я таким его сделала. Совесть мучает меня нещадно. Из-за меня умирают люди — не придуманные, не слова на бумаге, а живые, добрые, честные. Они жертвуют собой, ради тех, кто живёт в городах. Утешает лишь Екатерина. Я верю, что рано или поздно принц познакомится с Катей, они увидят друг друга и влюбятся. Тогда всем невзгодам придет конец. А пока нужно работать и ждать подходящей минутки.
Я выглядываю из окна кухни, во двор и вижу, что в дверь стучится посыльный. Еще одна из моих обязанностей — встречать гостей. Бегом спускаюсь вниз. Нужно забрать письма для хозяйки. Распахиваю дверь — меня обдает холодный мартовский воздух. Но, ничего. Я теперь привыкшая и закаленная. Могу в проруби зимой искупаться, если любимые юбки Катеньки во время полоскания, нечаянно отпущу. Могу и в лесу два часа к ряду гулять зимой, собирая хворост.
Мальчишка изящно кланяется мне и с важностью настоящего сеньора спрашивает:
— Здесь проживает сеньора Екатерина фей Бриен?
Я улыбаюсь ребенку и подыгрываю ему, делая глубокий реверанс.
— Вы правы, сударь. Позвольте передать госпоже ваше сообщение.
Довольный и раскрасневшийся рыцарь писем и посылок передает мне большущий конверт с королевской печатью.
— Ничего себе! — не выдерживаю я. — Не буду терять ни минуту, отнесу послание короля без промедлений.
Я отдаю мальчонке мелкую монету, одну из тех, что выдавали мне каждое утро для мелких расходов по дому, и бегом направляюсь в комнату Катеньки.
Врываюсь в классную комнату, где идут занятия по этикету. Встречаю недоуменный взгляд Екатерины, который быстро зажигается гневными искорками.
