— Два больших кувшина, пожалуйста, — протягиваю деньги продавцу.
Не получилось у меня пожить у Эльзы в качестве барыни-гостьи. Слишком много хлопот свалилось, как на Эгелию, так и на мою хозяйку. Поместье распахнуло двери для нескольких семей из числа беженцев. Голодные, полураздетые женщины с малехонькой поклажей — всех необходимо разместить, накормить и определить на работу. В общем все приготовления к отбору убраны на другой план — занимаюсь преимущественно помощью женщинам, которые из-за войны потеряли свои дома.
Несу кувшины в поместье. Тяжелые, благо горлышко узкое — не расплескаю. Захожу на кухню, там Маша со своей новой помощницей пытается сотворить кашу из топора. В общем, варят похлебку из старого петуха.
— Донесла? — Беспокоится Маша.
С тех пор, как она узнала, что я отправляюсь на королевский отбор, моя верная подружка стала относится ко мне как к неженке. Так ей неудобно было меня в город отпускать, не передать словами. А я взяла ведро с капустой, да и понесла, куда нужно. Нечего из меня принцессу на перине делать. Это Катенькина привилегия.
— Фух, да. Купол еще сильнее осел, пока шла. Как-то жутко становится, — искренне признаюсь я.
— Ой, не трави, детка душу. Как там наши солдатики, ума не приложу. Мы тут с голоду не помрем, это верно. Тесно, зато весело. Главное, чтобы они там, — Маша кивает в сторону окна, — не сдавались. Бились. Они, голубчики, смелые. Они победят. Я верю.
Мне одновременно становится и страшно за тех, кто сейчас находится за чертой купола, и тепло. Гордость за то, какими сильными и храбрыми их отчасти сделала я, не позволяет унывать. Главное, что король сейчас при деле — он тот, кто способен положить конец этой войне, как бы близко она не была сейчас.
— Чем я еще могу помочь? — хватит пространственных размышлений. От них никакого толку.
— Эй, ты — помощница, а ну-ка марш к хозяйке. Хватит тут ведра таскать. Тебе может королевского наследника рожать суждено, а ты тут за кузнецом с ведрами полными бегаешь! Тебя там заждались уже на примерку.
— Тоже мне придумала, не будет уже никакого отбора. Не видишь — война скоро в город придет. Не до отбора тогда будет, — не так с Машей, как с собой спорю я.
Маша начинает меня выпроваживать.
— Тоже мне выдумала — отбор она отменила. Последнюю отдушину у бедной женщины отнять хочет. Если б не этот отбор, я бы совсем от страха померла. А так, за тебя, дуру переживаю. — Маша меняет тон, видимо вспоминая, что я теперь в фаворите у короля. — Ну же, девочка, иди к Эльзе. Там для тебя такое красивое платье пошили, ты тут же в обморок шлепнешься.
Ничего не остается, нужно идти. Иначе эта женщина в жизни от меня не отвяжется.
Захожу в комнату Эльзы, ведунья вместе со швеей-беженкой работают над вышивкой платья. Оно и в самом деле очень красивое. Длинные рукава-крылья, зеленые пайетки, бархатные ткани.
Эльза замечает меня у двери, и с облегчением восклицает:
— Наконец-то. Вероника, нужно срочно примерить. Я боюсь, что у груди получится складка. Раздевайся.
Я послушно затворяю за собой дверь, и начинаю снимать фартук. К такой красоте даже страшно прикасаться руками. Вдруг испачкаю или порву. Неужели это все для меня.
В четыре руки на меня надевают многочисленное количество юбок. Смотрю в зеркало и поражаюсь, как четко выделяется моя талия. Пышные юбки, украшенные полупрозрачной вышивкой, напоминают опустившиеся крылья стрекозы. Именно они виновны в том, что у меня талия смотрится, как у Дюймовочки.
Эльза крутится около меня, все время что-то поправляя, и закалывая булавками. Она так старается, для Екатерины она и половины не делала из того, что делает для меня. Мне и жаль ее, и вместе с тем, хочется накричать, одернуться, сказать, что я не пойду на этот дурацкий отбор.
— Вчера ночью мое окно разбили камнем, сеньора, — неожиданно признаюсь я. — Меня ненавидят. Презирают за то, что я пойду на отбор.
Эльза прекращает суету, и смотрит на меня.
— Тебе завидуют, Вероника. Им ни за что не понять, чем ты от них отличаешься. Со стороны — ты простая служанка, в доме ничем не лучшей служанки. Эти люди выдумывают всякую чепуху. Что я специально обучила тебя гадким хитростям, чтобы навсегда обрести власть над королем. Отчасти они правы, это я виновата, что ты оказалась здесь. И тебе действительно суждено выйти замуж за короля.
— Нет, — по-детски обрываю Эльзу. — Это не так.
Девочка лет двенадцати стучит и заходит в комнату. Зовет Эльзу, срочно требуется ее распоряжение.
— Жди меня здесь, — говорит хозяйка и выходит.
Я остаюсь в комнате вместе с портнихой. Та продолжает работу Эльзы.
— Сеньора, вы не думайте, что народ вас не любит. Очень даже наоборот. Вы кажетесь нам своей, приземленной. Люди обрадуются, если король выберет именно Вас.
«Люди может и будут рады, но буду ли счастлива я?».
