— Делай выводы, — Корвин поднялся, оттряхнув со штанов песок. Элли уже было собиралась высказать, все, что у нее вертелось на языке, но на побережье она была одна. Она всегда была здесь одна; все время. Она рассеяно смотрела, как следы, оставленные незнакомцем, уничтожает новая волна…
— Это большая честь для меня, Настоятель.
Слова Корвина выдернули ее из воспоминаний, и девушка вздрогнула, обернувшись. К ним присоединился невысокий болло в черных одеждах расшитых серебром. Шершавая кожа была густо прорезана морщинами, необычный крючковатый нос и нездоровый, желтоватый оттенок глаз делали его похожим на оживший трухлявый пень. Голос у Настоятеля был тихим, вкрадчивым, движения — аккуратными, настороженными, но он производил соответствующее своей должности впечатление — впечатление полной готовности дать бой.
— Люди редко посещают дворец, — тихо говорил он, внимательно оглядывая Корвина и Элли. — Но то, что вы здесь — очередное свидетельство того, что раздор, посеянный между нашими народами великим злом, усилиями Императора будет забыт. Мы снова станем добрыми соседями, которыми были тысячу лет назад.
— От этой мысли мое сердце ликует, — почтительно поклонился Корвин. — Вечный Император — символ единства и гармонии всего мира, а мы — лишь его слуги.
— К сожалению, Император еще слишком юн, — Настоятель бросил косой взгляд через плечо, и Элли, проследив за ним, увидела худощавого высокого болло в великолепном пурпурном костюме, — но отсутствие опыта компенсируется идеями, которые, несомненно, приведут наш мир к процветанию. Хотя они и встречают сильное сопротивление со стороны наиболее консервативных.
— Крестьянину сложно объяснить ценность высшего блага.
— Свободным торговцам тоже. Вы ведь уже знаете — гильдия бойкотировала морское соглашение.
— Да, это одна из причин, почему я здесь, — Корвин умел производить впечатление, но от Элли не укрылась, что эту новость он слышит впервые. — Разумеется, не как представитель.
— Да, очевидно, — настоятель чуть прищурился, но некромант с честью выдержал его взгляд. — Вы — наши особые гости.
— Мне бы не хотелось выделяться. Это не будет способствовать нашему перемирию, — запротестовал Корвин.
— Вовсе нет, сам Император говорил, что желает поговорить с людьми, пришедшими из-за моря, — вмешался смотритель. — Возможно, он видел что-то… — болло умолк на полуслове, с опаской поглядывая на Настоятеля. Тот лишь вздохнул, на секунду прикрыв глаза:
— Вечный Император всевидящ, но, как я и говорил, еще юн, — спокойно проговорил он, спустя долгий десяток секунд.
— Я не просил аудиенции, — поспешно ответил Корвин, — мы всего лишь хотели насладиться праздником и, возможно, осмотреть открытые залы дворца.
— Сегодня выступает цирк Хан-су, — заметил смотритель.
— Да, я наслышан о его артистичности, — спокойно ответил некромант, а Элли лишь с трудом подавила усмешку. — Несомненно, это будет прекрасное выступление. С удовольствие буду ждать его часа…
— А вот и Управляющий! — смотритель махнул рукой кому-то за спиной некроманта, и Элли почувствовала, как по спине стекает холодный пот, когда к их тесному кругу присоединились двое — знакомый им Управляющий и… Лу. Элли с шумом втянула воздух и крепко сжала кулаки. По лицу Корвина пробежала тень, но он тут же почтительно поклонился и, к удивлению девушки, циркач ответил тем же; так, словно они никогда не были знакомы.
— Наслышан о вашей труппе, — весьма сдержанно приветствовал его некромант.
— Наслышан о вашей торговле, — в тон ему ответил Управляющий. На лице Лу отразилось удивление, которое не ускользнуло от внимательного Настоятеля.
— А кто ты? — он наклонился к ней, заглядывая в ее глаза.
— Это — Лу-Свуонг, она сирота и остается на попечение труппы, — ответил Хан-су.
— Выглядишь напуганной, Лу, — Настоятель улыбнулся, и от этого оскала у Элли засосало под ложечкой. — Ты боишься почтенного Бохейна Бэя и его жену?
Лу отрицательно мотнула головой, и Элли с ужасающей ясностью поняла, что план Корвина дает трещину. По всей видимости Управляющий был с некромантом и заговорщиками заодно, но не ребенок. Скрипя от досады зубами, Элли оставалось только задаваться вопросом, на кой-черт ее вообще притащили на этот праздник.
— Почему вы их так называете? — наконец проговорила Лу.
— А как мне их следовало назвать?
— Если позволите, — начал было Управляющий, но Настоятель прервал его властным жестом.
— Ее зовут Элли, — Лу бесцеремонно ткнула пальцем в бедро девушки, — а его — Корвин. Он был лучшим магом.
— Занятная фантазия, — изогнул бровь болло, оглядываясь на некроманта.
— Для девочки люди все на одно лицо, — пожал плечами Корвин, сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Но я тебя помню! — надрывалась Лу. — И тебя! Вы погибли в серединных землях! Когда мы путешествовали с цирком!
