– Но я уже все осмотрела. Ее нигде нет!
– Тогда… тогда нам действительно стоит поискать на побережье.
Мы оба еще раз посмотрели в сторону океана, и я вздрогнула.
– Пожалуй, стоит начать с… – Я отрицательно затрясла головой, и он не договорил. – Тогда давай я сбегаю туда один, хорошо?
Я кивнула.
– Да. Пожалуйста. Только поторопись… – с трудом выговорила я.
– Жди здесь. Я сейчас. – И Оуэн со всех ног бросился вдоль улицы к пляжу. Его не было всего минут пять, но мне они показались вечностью.
Наконец он вернулся. Я ждала его на тротуаре перед бабушкиным домом.
– На пляже ее нет, – сообщил Оуэн, отдуваясь.
– Слава богу!
Он схватил меня за руку.
– Давай все-таки еще раз проверим, вдруг она вернулась. Если ее нет в доме – позвоним в полицию.
Мое лицо исказила гримаса, глаза обожгли подступившие слезы.
«Пожалуйста, Кэсси, найдись! Найдись в доме!»
Снова и снова я мысленно повторяла эту молитву, стараясь перебить металлический привкус страха у себя во рту.
Остановившись в прихожей, Оуэн посмотрел на ведущую на второй этаж лестницу.
– Так ты говоришь – после того, как вы… поругались, она убежала наверх?
Я кивнула.
– Ты слышала ее после этого? Шаги? Вода в ванной? Может, заскрипела или хлопнула дверь?
Я покачала головой.
– Тогда начнем со второго этажа. – Он направился к лестнице и, прыгая через ступеньки, взбежал наверх. Я старалась не отставать, хотя спасательный жилет, оказавшийся довольно громоздким, сковывал мои движения.
– В спальне ее не было, – сказала я, когда мы остановились напротив дверей комнаты Кэсси. – Банни лежала вот здесь, на пороге… – Я показала себе под ноги. – Обычно она с ней не расстается, но…
Оуэн некоторое время следил за тем, как я пыталась развязать Банни уши.
– Где ты была до того, как поднялась наверх?
Я наконец справилась с узлом и разгладила измятые уши кролика пальцами.
– Внизу. Бабушка… Когда ей стало плохо, она уронила поднос с чайным сервизом, и я решила убрать осколки и вытереть лужу.
Его лицо омрачило страдание.
– А до этого?
– До этого я была с бабушкой в ее комнате. Я уложила ее в постель. Именно тогда она призналась, что у нее… что она больна. – Я беспомощно взмахнула руками. Из суеверия мне не хотелось лишний раз произносить вслух название смертельной болезни. Впрочем, даже если бы я захотела, то, наверное, не смогла бы. Горло у меня саднило от криков и плача, спасательный жилет стискивал грудь, а вспотевшая кожа под ним свербела и чесалась. Каждый вдох давался мне с огромным трудом, и я невольно подумала, что, случись мне действительно упасть в воду, в этом жилете я задохнусь скорее, чем утону.
Оуэн, похоже, понял мои затруднения. Подняв руку, он ослабил пару ремешков на моей груди. Дышать сразу стало легче.
– Ну так лучше? – спокойно спросил он.
Я с признательностью кивнула.
– Намного. Спасибо!
– Тогда расскажи мне поподробнее о тете Мэри. – Он слегка помассировал мне руки в районе локтей, помогая сосредоточиться. Я действительно начала успокаиваться и задышала ровнее.
– Я сказала ей, мол, я знаю, что она больна. Я и в самом деле догадалась об этом, когда накануне ночью увидела ее ауру. Бабушка не стала отпираться и рассказала о… об опухоли. Тогда я спросила, сколько ей еще осталось, но она попросила воды, и…
– …И ты спустилась вниз?
– Да… то есть нет! – Я посмотрела налево, потом направо. Потом я подняла голову и ахнула.
Оуэн проследил за моим взглядом.
– Думаешь, она на чердаке?
– Больше ей просто негде быть, если только ее не украли проезжие цыгане, – ответила я, снова начиная волноваться. – Я… Прежде чем пойти за водой для бабушки, я заперла люк и убрала лестницу! Какая же я дура! – Я хлопнула себя по лбу. – Как я не сообразила проверить чердак!
Оуэн не стал мешкать и поспешил отпереть люк, потом приставил к нему стремянку и поднялся на несколько ступенек.
– Эй, Кэсси, ты тут?
Сверху послышалась какая-то возня, скрипнула половица, потом в отверстии чердачного люка показались две маленьких руки. Еще мгновение, и я увидела перед собой прелестное, улыбающееся личико, обрамленное длинными золотистыми локонами. Кэсси!
– Здрасте, мистер Торрес.
От радости и облегчения мои колени подогнулись, и я едва не плюхнулась на пол там, где стояла.
– Что ты там делаешь, золотко мое?
– Смотрю фотографии. Здесь очень много альбомов со старыми снимками. На них есть и твоя мама, и даже ты сама, когда ты была совсем маленькой. Знаешь, твоя мама была очень красивая!
Я провела рукой по волосам.
– Да, она была очень красивая.
– Поднимайся сюда, посмотрим вместе. – Кэсси махнула мне рукой и снова исчезла в люке. Потолок заскрипел под ее быстрыми шагами, и я осознала, что уже слышала этот звук, когда искала ее по всему дому.
Отстранив Оуэна, я поднялась на первую ступеньку складной лестницы, потом обернулась и посмотрела на него.
– Полезай. – Он кивнул. – А я пока проведаю тетю Мэри.
– Спасибо.
