В Англии, Германии и Италии восхищались подвигами Кадруса и его невероятной смелостью. Он обедал за императорским столом, женился на очаровательной девушке, имевшей огромное состояние. Он спас принцессу. Он спас Наполеона. Император узнал, что англичане отобразили в карикатуре все его встречи с атаманом «кротов». Наполеон взбесился, увидев ее.
С одной стороны был изображен Кадрус, убивавший человека, с другой Наполеон, заставлявший обыскивать герцога Энгиенского. Внизу подпись: «Один другого стоит».
По углам красовались четыре сцены: Наполеон, спасенный Кадрусом; Кадрус за императорским столом; Наполеон, подписывающий брачный контракт разбойника; император, обнимающий Кадруса.
Каждый рисунок украшала виньетка из слов: «Родственные души».
Ко двору эти карикатуры доставлял лично Кадрус. Наполеон находил их даже в своем кабинете.
Савари отбыл. Наполеон ждал результата его экспедиции, когда утром увидел во дворе сержанта гвардии в сопровождении своего полковника, по-видимому, ожидавших аудиенции. Гвардия обладала привилегией, по которой даже рядовой солдат имел право напрямую говорить с императором. Сержант и полковник Камброн, дежуривший в тот день во дворце, ждали, пока их примет император, и разговаривали, прохаживаясь по двору. Наполеон заметил полковника и сержанта, улыбнулся и приказал своему адъютанту:
— Дюрок, узнайте, что это за сержант и чего он хочет, но так, чтобы он ни о чем не догадался.
Дюрок вышел. Наполеон все внимательно наблюдал за сержантом. Это был красивый молодой человек с орденом. Сержант и уже с орденом! Дюрок вернулся и доложил:
— Государь, этот молодой человек — сын фонтенблоского лесничего, его зовут Фрион. Он хочет говорить с вашим величеством, но уверяет, что разговор сугубо секретный.
— Можно ли на него положиться?
— Сир, я за него ручаюсь, я знаю его. Это он в Арколе в болотах вытащил генерала Бонапарта и спас его.
— Пусть войдет, — сказал Наполеон. — Я его помню.
Император был взволнован при воспоминании о самой большой опасности, какой он подвергался в своей военной жизни, и радушно принял молодого человека.
— Здравствуй, Фрион, — сказал император. — Как ты поживаешь после Арколя?
— Хорошо, государь, — ответил молодой человек. — По милости вашего величества я сержант и имею орден в двадцать три года. Лучшего и желать нельзя.
— Стало быть, ты пришел просить меня за кого-то? Твой отец, кажется, у меня лесничим?
— Сир, отец мой был лесничим, а теперь в отставке. Он держит гостиницу. Он получил все должное ему и не имеет права ничего требовать.
Император поразился такому достоинству.
— Чего же ты хочешь? — спросил он молодого человека.
— Я хочу, сир, говорить с вами наедине.
Император сделал знак. Все вышли.
— Ваше величество, — сказал молодой человек, — мой отец в Тюильрийском дворце, он хочет получить аудиенцию.
— А! Стало быть, он чего-то хочет.
— Да, государь. Он хочет говорить с вами о том, что вас тревожит. Ничего не может быть неприятнее для львов и людей, чем комары. У вашего величества тоже есть комар.
Император засмеялся и ущипнул сержанта за ухо — в знак хорошего расположения — и произнес:
— Ты остряк. Ты не парижанин?
— Нет, государь, я лотарингец. Но, кажется, мы не глупее парижан, и мой отец это докажет.
— Насчет моего комара?
— Точно так, сир.
— Как же зовут этого комара?
— Кадрус.
Император побледнел. Сержант продолжал:
— Вы увидите, государь, что один лотарингец сделал то, чего не могли сделать ни ваши генералы, ни министры.
— Он схватил Кадруса?
— Нет еще, но схватит. Когда известно, где нора лисицы, ее можно поймать.
— А твой отец знает нору Кадруса?
— Государь, он мне это сказал, а он никогда не лгал.
Император после минутного молчания сказал сержанту:
— Ступай за своим отцом. Камброн! — позвал Наполеон, когда сержант ушел.
Полковник прибежал.
— Полковник, — сказал император, — вы не можете себе представить, как я рад, что вы привели ко мне этого гренадера. Благодарю.
— Ваше величество довольны этим молодым человеком?
— Да, полковник. При первой вакансии произведите его в лейтенанты.
Старик Фрион пришел, отдал Наполеону честь и ждал.
— Ну, мы с тобой поговорим, — сказал император.
Фрион со значительным видом осмотрелся вокруг.
— А! Я понимаю, — догадался император. — Эти господа тебе мешают?
— Да, государь.
Император сделал знак. Все вышли. Сын Фриона тоже собрался уйти.
— Останься, Александр, — сказал ему отец. — С позволения его величества.
Император кивнул в знак согласия.
— Теперь говори, — сказал он.
Старый лесничий собрался с мыслями, понюхал табаку и начал:
— Государь, вам надо знать, что господин Лонгэ, землевладелец, был убит Кадрусом у меня в доме.
Император вздрогнул.
— А! — сказал он. — В доме?
— Да, государь.
Старый лесничий, который был не кто иной, как трактирщик Фрион, рассказал, что случилось, чем в высшей степени заинтересовал императора.
