Н.И.Бухарин высказался против явки в суд Ленина и других. После этого т. Шлихтер в своем пространном выступлении ещё раз вспомнил дело Дрейфуса, и огромным большинством голосов съезд принял за основу проект резолюции по этому вопросу, вынесенный Бухариным. После её доработки съезд окончательно высказался против участия РСДРП в комедии «честного буржуазного суда». Политический капитал (форма гешефта) на деле Ленина, Апфельбаума (“Зиновьева”) и других в складывающейся исторической обстановке был признан ниже уровня, достойного ГЕШЕФТА, который готовились “записать” на Ленина, и потому надиудейский предиктор посчитал нецелесообразным на данном этапе использовать его в интересах “общечеловеческого дела”. Но это не значит, что о нём забудут на бирже котировки “общечеловеческих ценностей”. В другое время, на другом повороте глобального исторического процесса о нём вспомнят и постараются “правильно” употребить в интересах “общечеловеческого” дела, облапошив в очередной раз политически беззаботную толпу. Но тогда политический капитал на деле Ленина, “Зиновьева” и других наживать не стали.
Съезд проголосовал и за ранее принятое вождями решение об объединении большевиков-ленинцев, межрайонцсв-троцкистов и меньшевиков-интернационалистов в одной организации. Поскольку это был вопрос предрешённый, то споров о нём не было. Тогда же было решено создать и комсомол, хотя само название появилось позднее уже при Советской власти.
На последнем заседании Сталин предложил кандидатов в Учредительное собрание от РСДРП, — тоже своего рода малый синедрион: Ленин, “Зиновьев”, “Каменев”, Коллонтай, “Троцкий”, “Луначарский” (как сообщают некоторые источники — сын выкреста Байлиха Боруха Мовшевича). Реакцией зала были «шумные аплодисменты». Перед закрытием возник мелкий спор о названии съезда. Преображенский внёс предложение назвать съезд «VI съездом РСДРП», сказав:
«Мы — представители большинства пролетариата — имеем право назвать этот съезд съездом партии и восстановить счет съездов, утерянный меньшевиками».
Немедленно последовало возражение т. “Юренева” (Ганфман? — наш вопрос при цитировании):
«Товарищи, я предлагаю назвать съезд Петербургским, чтобы не создавать из-за названия лишних рогаток, отделяющих нас от меньшевиков-интернационалистов»[359] (стр. 250).
Съезд избрал ЦК, Состав ЦК был избран, по воспоминаниям Сталина, «малым съездом», о котором другие участники тт. Ломов, Ольминский и др. ничего не помнят (ист. 69, стр. 338, прим. 133). Выборы ЦК были проведены 11.08 (29.07) спешным порядком ввиду выхода в свет постановления Временного правительства о предоставлении министрам военному и внутренних дел полномочий закрывать съезды и собрания (ист. 69, стр. 334, примечание 117).
Членами ЦК были избраны: тт. Артём (Сергеев Ф.А.), Берзин Я.А., Бухарин Н.И., Бубнов А.С., Дзержинский Ф.Э. (сын Эдмунда-Руфина Иосифовича Дзержинского, учителя А.П.Чехова в Таганрогской гимназии, “Труд”, 26.03.1976 г.), “Зиновьев” Г.Е., “Каменев” Л.Б., Коллонтай А.М., Крестинский Н.Н., Ленин В.И., Милютин В.П., Муранов М.К., Ногин В.П., Рыков А.И., Свердлов Я.М., Смилга И.Т., Сокольников Г.Я., Сталин И.В., “Троцкий” Л.Д., Урицкий М.С., Шаумян С.Г.
Из числа 10 кандидатов при издании Протоколов съезда в 1927 г. удалось установить только 8:
Ломов Г.И., Иоффе А.А., Стасова Е.Д., Яковлева В.Н., Джапаридзе П.А. (Алеша), Киселёв А.С., Преображенский Е.А., Скрыпник Н.А. (ист. 69, стр. 353, прим. 200). Жирным шрифтом нами выделены члены ЦК, у кого среди предков заведомо были евреи.
Учитывая полулегальный характер работы съезда, при закрытии делегаты проголосовали против оглашения состава ЦК. Были названы только имена четырех, набравших наибольшее число голосов: «Ульянов-Ленин-Бланк — 133 из 134 голосов, “Зиновьев” — 132, “Каменев” — 131, “Троцкий” — 131. (Шумные аплодисменты, стр. 250).
После этого председательствовавший Я.М. Свердлов объявил повестку дня исчерпанной[360] и предоставил слово В.П.Ногину для закрытия VI съезда РСДРП (б).
“Октябрьский эпизод” “Каменева” и “Зиновьева” не является случайностью, — это почти по “Письму к съезду” В.И.Ленина. Но точно так же не является случайностью и крах “корниловщины”. В сознании большинства людей, прошедших среднюю школу и курс истории КПСС в вузе, сложился стереотип, что “Каменев” и “Зиновьев”, выступив со своим письмом, давали “Керенскому” шанс установить военную диктатуру и тем самым предотвратить приход к власти большевиков, т.е. сделать то, что не смог за два месяца до этого сделать Лавр Георгиевич Корнилов (1870 — 1918) . Это одно крайнее мнение.
Второе крайнее мнение, высказанное в эмиграции и приводимое В.В.Шульгиным, принадлежит промышленнику А.И.Путилову:
