— С чего вы взяли, что я прячусь?
Независимо улыбнувшись, она вновь повернулась к озеру, посмотрела на мятущихся чаек, на белые барашки волн, и пошла вдоль берега по тропке в сторону чуть видимых за деревьями корпусов санатория.
Ольга шла, не оглядываясь, как бы подчеркивая этим, что ей безразлично, идет за ней Сергей, или остался стоять. Но это была плохо скрытая женская хитрость, — на самом деле ей льстило, что из всех женщин санатория он выбрал ее и в течение недели, что она тут, настойчиво ухаживает, проводит с ней все свободное время.
И ушла она сегодня к озеру не потому, что хотела избавиться от его ухаживаний, просто захотелось одиночества, — следовало собраться с мыслями, обдумать, что творится с ней. Не поймет она себя: вдруг нахлынули глупые ожидания, нелепые мечты о любви, о любимом человеке, которого она так и не встретила в своей жизни, хотя страстно хотела такой встречи, но время шло, надежды на встречу таяли, как снег на ресницах, вызывая не слезы, а воду.
И вот это появление на ее пути Сергея…
— Да не бегите вы так! Словно на службу опаздываете.
Сергей взял Ольгу за руку, попридержал, и она замедлила шаг, пошла рядом, глядя под ноги. Шла настороженно, словно по краю пропасти, чуя сердцем: что-то должно сейчас произойти, не зря же искал он ее с утра.
— Где вы были вчера вечером?
Ольга удивленно подняла на Сергея глаза: не этих слов она ждала.
— Сидела в библиотеке… А что?
— Надо же! А я вас повсюду искал. Вот как и сегодня, по всему санаторию бегал, бегал…
— А зачем меня искать?
— Не догадываетесь зачем? — спросил Сергей, заглядывая ей в лицо.
Сжалось сердце от предчувствия того, что она сейчас услышит. Ольга невольно убыстрила шаг.
— Нет, не догадываюсь, — проговорила она.
Сергей глубоко вздохнул, взял Ольгу под руку, она не сопротивлялась.
— Если бы вы знали, как мне сейчас хорошо!.. Нет, не то. — Он недовольно тряхнул головой, словно отстранялся от не ко времени пришедших мыслей. — Когда я нахожусь среди вот этой красоты, — и он обвел рукой озеро, камыши, уходящие в глубь гор зеленые леса, — когда я душой отдыхаю от будней жизни, мне знаете чего недостает?
— Откуда мне знать?
— Мне недостает вас, Ольга Николаевна!
Это признание, сказанное интимным полушепотом, хотя она и ждала его, заставило покраснеть.
— Вы всем женщинам говорите такие красивые слова? — только и нашлась она, чтобы спросить.
— Нет, только вам, — твердо проговорил Сергей. — Только вам… И поверьте, мне действительно недостает вас. Где бы я ни был — перед глазами все вы: иду к врачу — думаю о вас, ложусь спать — вы рядом со мной, проснувшись, щупаю вокруг себя, но… натыкаюсь на бесчувственную стену.
Сергей невесело посмеялся, Ольга молчала.
Они выходили на асфальтовую дорожку, ведущую к жилому корпусу.
— Только не надо избегать меня, не надо прятаться. Мне это непереносимо… Я хочу, чтобы весь срок мы были вместе.
— А надо ли это?
Она уже осмелела, казалась спокойной, но внутри еще не утихло волнение — и от того, что услышала, и от того, что предстоит услышать.
— Разве вы не видите? Не замечаете, что я влюблен в вас?.. Так с первого же дня, как вас увидел! Что-то стряслось со мной, такого еще никогда не было.
Он шел и говорил, порой нашептывал ей прямо в ухо о своей любви; она слушала, и радость и страх перед будущим наполняли ее, томили сладостно, и это томление мешало видеть, что происходит вокруг: как неистово трепещут на ветру кусты, как бегут тени от темных облаков, закрывающих солнце, как спешат отдыхающие к лечебнице — наступило время процедур.
— Оля! — вдруг позвали ее. Она очнулась, увидела стоявшую в стороне Людмилу, соседку по палате. — Где ты пропадаешь? На процедуры запаздываем.
Ольга отстранилась от Сергея и пошла к Людмиле. Та, поджидая ее, улыбалась, и в улыбке было столько лукавого довольства, так она сладко щурилась, что Ольга застыдилась, вновь покраснела. Сойдясь, пошли по дорожке к лечебнице.
— Ой, как я тебе завидую, — горячо зашептала Людмила, обнимая Ольгу за плечи. — Это такой парень, такой парень… — Она оглянулась на Сергея, отставшего от них. — Как говорится, в самом соку мужчина.
И она похихикала тихонько, притянула Ольгу к себе, чмокнула в щеку.
— Перестань… не надо, — попросила Ольга.
— Везет же людям, — не унималась Людмила, не отпуская ее. — Мне бы такого Сергея. Я бы травкой расстелилась перед ним. А то хожу, хожу…
— У тебя же муж…
— Мужа здесь нету, я тут одна. Понимаешь? Одна! Ни детей, ни мужа… И не хочу о них думать, хочу отдохнуть от вечных забот о семье, о доме. Хочу почувствовать себя вольной, незамужней… Как думаешь, имеет человек право хоть раз в году пожить так, забыться на какое-то время?
— Не знаю. Я бы не смогла… А как потом, перед мужем?
— Не беспокойся, хватит и ему. Не все здесь оставлю.
И Людмила весело, раскатисто захохотала, похлопав Ольгу ласково по спине, как несмышленую девчонку.
Столовая наполнялась отдыхающими.