Главный герой произведения носит имя Давид. Фигурирует оно в тексте только три раза. Он выступает рассказчиком, который решил написать про свое прошлое, находясь в депрессивном состоянии. Само по себе произведение показывает состояние души человека, стоящего на пороге смерти.
I
Было около восьми часов вечера. Начинало уже смеркаться, с неба грациозно падали мелкие, кристальные снежинки.
В центре гостиной, уже опустошенной от гостей, стоял круглый стол на котором располагались обычные остатки вечернего времяпрепровождения в кругу друзей и знакомых: множество столовых предметов, пустые упаковки для еды, большая настольная игра, пепельница, бутылки и т.д.
В эту комнату заходят два человека, вероятно они и были главными организаторами этого вечера. Первая была молодая девушка лет двадцати пяти, а второй был ее старший брат, который был старше ее на два года.
– Хорошо провели время! – сказала она, медленно, с облегчением выдохнув и садясь на стул.
– Да… Но, честно говоря, под конец я уже начал уставать. – добавил, придвинув к себя деревянный стул с мягким бархатным покрытием на поверхности.
– Была бы возможность, каждый вечер проводила бы именно так.
– Да, согласен.
– А как тебе Максим? Мне кажется очень крутой тип.
– Ну, я бы не назвал его „крутым типом“, – произнес он, усмехнувшись. – но он показался очень добрым и отзывчивым человеком.
В этот момент молодой парень резко повернул свою голову в сторону девушки и сказал:
– Меня больше удивило как сильно изменился Адам. Ты заметила, что он вел себя совершенно по-другому, чего я никак не ожидал.
– Слушай, мы не видели его на протяжении двух лет, после того как он поехал практиковаться заграницу; ну и люди меняются, особенно когда оказываются в неродной обстановке. Я не могу сказать, что я очень удивилась изменению его характера…
– Он начала мыслить по-иному. Раньше он часто пытался вступить или начать разговор на серьезные темы, но сегодня он говорил только про друзей, семью, развлечения и т.д. Даже про практику и слова не упомянул…
Девушка промолчала, опустив усталый взгляд на грязную тарелку.
– Надо бы уб…
– Знаешь, – перебил он. – я давно хотел рассказать тебе историю и показать одну вещицу. Не знаю почему, но все как-то не находил я подходящего времени или быть может не хотел его находить. В общем один раз, было это года три назад, идя домой после работы, я увидел мужчину, который сидел на скамейке и, оперевшись локтями на колена, держал свою поникнувшую голову. Мне стало очень интересно, так как с виду он не был похож на бездомного. Я подошел к нему и спросил насчет помощи. Первые десять секунд он не пошевельнул ни одной частью тела, но затем он медленно приподнял голову, посмотрел на меня усталыми, заплаканными глазами (что выглядело очень странно, учитывая его длинную бороду на морщинистом и огрубевшем лице) и, аккуратно постучав по скамье, попросил меня присесть рядом с ним. В тот момент я подумал, что может произойти что-то опасное, но мое любопытство все же восторжествовало над чувством страха, опасения и я подсел к нему. Тишина длилась несколько минут, только изредка были слышны глубокие вздохи и выдохи этого мужчины, которого я уже начинал жалеть. Безмолвие было прервано им: «А как тебя зовут?». В начале я растерялся, услышав его низкий и пронизывающий голос, но ответил и задал встречный вопрос, на что он не обратил никакого внимания и ушел в глубокий монолог, который длился достаточно долго. Его рассказ заключал в себе много разных непонятностей, что делало внимательное прослушивание невозможным. Но в конце, им была произнесена вот такая речь: «Мне стало безумно тяжело… Я запутался, я полностью потерян… Смысл жизни менялся так часто, что он перестал для меня существовать… Я… не знаю… Я тебе очень благодарен, что ты меня выслушал; не знаю насколько это было интересно или нет, но спасибо за понимание и…». В этот момент он достал из целлофан, который я не замечал все это время, две немного уже потасканные тетрадки и передал их мне, со словами: «Пожалуйста, возьми это себе. Можешь поступить с этими тетрадками как тебе заблагорассудится. Ну, прощай…». И это были последние от него слова. Больше я никогда с ним не встречался и я без понятия где он сейчас, как у него сложилась жизнь. Единственное, у меня были им оставленные тетрадки. Придя домой, я сразу же кинули эти тетради в ящик и не притрагивался к ним на протяжении всей недели. Я не знаю чего я ожидал и почему не начал рассматривать их в первый же день. Но спустя неделю, не вытерпев, я открыл ящичек и достал обе толстые, большие тетрадки… – проговорив это, он неожиданно остановился и замолчал.
– Ну, и?! – спросила она с возражением. – Что там было?
Парень продолжал молчать и ничего не отвечал.
– Умеешь ты испортить настроение. – сказала она, посмотрев на его опущенный взгляд. – Слушай, что там такого удивительного ты вычитал? Хочешь не говори, но раз сам начал…
– Нет, я хочу. – ответил он, вернувшись из своих размышлений. – Даже не знаю как тебе это объяснить… С одной стороны в этом нет ничего удивительного, необычного, но с другой… Давай, лучше ты сама прочитаешь, а я потом попробую объяснить, что же меня так зацепило… Мысль очень мутная, в какой-то степени даже очевидная, но…
II
– Введение —
