Михаил Боярский и говорит: «Ну, Слав, давай, показывай мне свою школу».
САША. Или вот, мечта - сняться у Тарантино. И что ты себе представляешь? Ты на
сцене дворца «Кодак», держишь в руках «Оскар» за лучшую мужскую роль, и Тарантино
тебе подмигивает. Ну, и, допустим, еще знакомство с Тарантино. Ты ему рассказываешь, что именно тебе не очень понравилось в «Криминальном чтиве», а он так с интересом
смотрит и говорит: «Знаешь, старик, а ведь я так и хотел, но времени не хватило, бюджета... мастерства...»
ЛЕША. И ты ему так: «Да ладно, старик, не переживай, нормальный фильм. Это я так...
по гамбургскому счету».
САША. А на самом деле - ну какой, на фиг, Тарантино? Откуда он про тебя узнал?
Почему он тебя назначил на главную роль?
KAМИЛЬ. Если искали русскоязычного актера, взяли бы, наверняка, Хабенского.
САША. В лучшем случае - маленький бессловесный эпизод, который потом вырезали.
СЛАВА. И Тарантино ты видел два раза издали.
ЛЕША. И как будет по-английски «по гамбургскому счету» ты тоже не знаешь.
СЛАВА. Ну, почему? Гамбургс эккаунт... гм, да...
ЛЕША. Чек... билль...
СЛАВА. И Тарантино тебе приносит счет за гамбургер.
САША. Ну, хорошо, допустим, роль, но ты один в чужой стране, все на тебя косо смотрят, ты же у них лучшую роль отбил, судорожно учишь язык...
КАМИЛЬ. ...питаешься, наверняка, плохо, фастфуд - ты же деньги экономишь...
САША. ...потом прошел слух, что Тарантино тобой недоволен и тебя вот-вот заменят, и
ты месяц живешь, как на иголках, экзема на нервной почве, вроде обошлось - тут
узнаешь, что от тебя в России жена ушла... но хорошо, всё, сняли, и стоишь ты с этим
Оскаром - но ты же ради него три года работал, мучился, унижался и, наконец, ДОСТИГ
ЦЕЛИ.
СЛАВА. А знаете, что получается? Получается, что мечты никогда не сбываются.
ЛЕША. Жалко. А я, знаете, о чем мечтал? - вот, я с девушкой расстался, а потом
случайно встречаю ее где-нибудь... на курорте, зашел в отель, а она там за столиком с
каким-то мужчиной... и мы даже не поздоровались, а так... на секунду глазами встре-
тились... У меня глаз, конечно, сразу влажный, пошел к бару, «налейте, пожалуйста, коньяку»...
КАМИЛЬ. И вдогоночку сразу еще пятьдесят...
ЛЕША
есть рояль... и пусть будет белый...
КАМИЛЬ. Да пожалуйста!
ЛЕША. А я такой красивый, в смокинге...
КАМИЛЬ. С пляжа пришел...
ЛЕША. Ну, тебе жалко?
КАМИЛЬ. Да пожалуйста!
ЛЕША. ...сел и заиграл мелодию, «нашу» - хотя у меня ни с одной девушкой не было
никакой «нашей» мелодии, но просто сейчас нужно - и, конечно, вот эту
только меня, а с ним она так... из-за денег, и все вокруг это поняли... у официантов глаза
на мокром месте, бармен прячет взгляд...
САША. Поварята выглядывают из кухни
ЛЕША. И тут я встаю и приглашаю ее на танец...
КАМИЛЬ. А музыка продолжает играть...
ЛЕША. Конечно, иначе под что мы будем танцевать?
понимает, и, главное, не злится, а просто по человечески понимает, что у нас же любовь, а он... ну, при чем он здесь?.. встает, расплачивается, и как-то так раз! - и исчезает... а мы
танцуем, танцуем... и я еще как-то одновременно играю на рояле
СЛАВА. А знаешь, как бы все было на самом деле? Ты пришел с пляжа, такой в шортах и
шлепанцах, в одной руке маска и трубка, в другой - двое детей, кожа на лице сгорела и
слезает лоскутами, ты ее кремом намазал, а сверху песочек прилип. И тут лифт
открылся, - а оттуда она в вечернем платье с мужиком таким... интересным, в костюме... а
может быть, даже в смокинге...
ЛЕША. В моем смокинге?
СЛАВА. Ага, только на четыре размера больше, - идут на ужин. И ты так: «Ой, привет. -
Привет». И все, они пошли... и вот что делать - догнать их и сказать: «Подождите, я
сейчас переоденусь и вам на рояле поиграю?»
КАМИЛЬ. И жена еще спрашивает: «А кто это был?»
ЛЕША. Да, и мне бы, по идее, почувствовать послевкусие этой встречи, попереживать -
то есть, в кино я бы долго брел по этому лобби, потерянный...
САША. Или ехал в лифте, глядя прямо перед собой, а жена говорила «Эй. Ты меня
слышишь?», а ты бы сделал так: «А? Да, да, конечно...»
ЛЕША. А в жизни я говорю: «Я ее видел где-то... не помню, как зовут» и тут же перевожу
тему, типа «а надо же деньги поменять, мы же еще на квадроциклах хотели...»
КАМИЛЬ. И дети хором - «ура, ура!»
ЛЕША. И толком даже пострадать не получилось.