СЛАВА. Но ты не расстраивайся, ты же им тоже прилично вечер испортил.
ЛЕША. Почему?
СЛАВА. Он же ей тоже начал вопросы задавать, ну...
КАМИЛЬ. ...«А кто это был»?
ЛЕША. Может, не начал.
СЛАВА. Ну, конечно. Вот, ты задаешь эти вопросы?
ЛЕША. Задаю.
СЛАВА. И я задаю.
КАМИЛЬ. И я задаю.
САША
СЛАВА. Вот видишь - все задают!
КАМИЛЬ. И вообще, конечно, мужчина хочет услышать от женщины правду. Но такую
правду, которая его устраивает. В идеале хотелось бы услышать, что у нее до тебя
никого не было, но все ж понятно, поэтому, когда она спрашивает: «А ты считаешь, я
должна была ни с кем ничего до 30 лет, сидеть, тебя ждать?», ты делаешь над собой
усилие и говоришь «н-н-ну... н-нет, конечно...». И это «н-н-ну... н-н-нет» означает, знаете
что? «Да, дома сидеть, меня ждать, на мужиков вообще не смотреть, сам понимаю, что
глупость, только плевать я на это хотел, сука, проститутка, трахалась до меня со всеми!»
Вот что означает.
ЛЕША. А цель этого допроса знаете, какая? - ты хочешь услышать, что ты лучше. И при
этом еще важно услышать, что он -хуже. Одновременно! Что ты лучше, а он хуже. Потому
что это не одно и то же. Легко может оказаться, что ты лучше, и он лучше. Потому что от
этих сволочей всего можно ждать.
САША. И пусть руки держит перед собой, а то я знаю это - пальцы крестиком за спиной...
СЛАВА. В общем, вопрос, конечно, задавать нельзя... ну, «кто это был?» Только как себя
заставить его не задавать?
КАМИЛЬ. А никак. Если ты любишь - ты задаешь.
ЛЕША. ТО есть, нет варианта «сдержался и не спросил»?
САША. Есть. Сдержался, 15 минут ни о чем не спрашивал, зауважал себя за это время
безумно, - ну, а дальше не выдержал, спросил, конечно.
СЛАВА. Потому что есть один нюанс - если ты перестал задавать этот вопрос, значит, ты
действительно перестал этим интересоваться. И все кончилось. Во всяком случае - с
этими отношениями... Ну, что, все про мечты?
ЛЕША. Не-не, у меня одна маленькая. Тоже, кстати, про рояль - я на какой-нибудь
вечеринке сажусь за рояль и играю, но не что-то банальное, а романс...
с ним, да, Слав? Ты же все равно все испортишь. Нет у меня никакой мечты.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ «О критериях в искусстве, или
Дяденьки, простите засранцев!»
Звучит «Адажио» Альбинони. Камиль босой, голый по пояс, лежит,свернувшись калачиком, на авансцене в луче света. Вот он встает,заламывает руки, подпрыгивает на одной ноге, мечется и вообще, совершает
различные телодвижения, принятые у людей, занимающихся т. н. «contemporarydance». В конце он прижимает руки к груди, а потом протягивает их к людям. Зрители
бурно аплодируют. Камиль кланяется...
ЛЕША. Ну, как? Понравилось? Вы поняли, что мы хотели сказать? Поняли?..
одиночества - к людям. Или нет? Или это Прометей? Да, Прометей, взбунтовавшийся и
несущий людям огонь... и предчувствующий кару за свое преступление... нет?