Тайлера сковал холод. Бывает, что выхода нет, даже если понятно, что тобой манипулируют. «Плыви по течению».
– Хорошо, – сказал он и изобразил храбрую улыбку. – Я буду держать ухо востро. Всегда говорю, что плетью обуха не перешибешь.
Ему показалось, что человеческая оболочка Шипа поморщилась.
– Да, – согласился тот. – Идем.
И протянул руку.
– Мне нужно взять пожитки, – сказал Тайлер.
Лицо Шипа осталось бесстрастным.
– Ладно.
Тайлер собрал одеяла и остатки еды, включая ломти мороженой оленины. Озябшие пальцы не гнулись, и темнота мешала на каждом шагу.
– Посветить бы чем-нибудь, – буркнул он.
– Сооруди факел. Я не делаю свет.
Наконец он все упаковал и подтянул свои сани к чародею, стоявшему с засевшей в теле четырехфутовой деревяшкой. Часть внутренностей вылетела через прореху в спине, хребет обнажился.
Тайлер содрогнулся.
– Бери меня за руку, – велел Шип.
– Куда мы пойдем? – спросил Тайлер.
– Отличный вопрос. Мы отправимся через эфир к Змеиному выгону.
Галлейский флот повернул с озера на Великую реку Хуран. Разбили лагерь на три дня, разожгли огромные костры, согрелись и скромно пообедали. Черный Рыцарь подготовил своих людей со всеми предосторожностями – собрал их и отдал приказы, игнорируя стенания де Марша.
Флот отбыл после воскресной мессы, и Черный Рыцарь провел его через ночь при свете масляных ламп на кормах четырех боевых галер, приободряя матросов призывами и воодушевляющими речами. В понедельник, когда рассвело, он глянул с кормы своего «Святого Михаила», пересчитал лодки и остался доволен числом.
– Теперь поглядим, – сказал Черный Рыцарь.
Оливер де Марш предпринял еще одну попытку. С потерей слуги он остался и без доверенного переводчика – Люций был убит имперскими войсками, которые, материализовавшись из снега, сорвали и без того сомнительную кампанию Черного Рыцаря против Южного Хурана. А с Люцием он мог попытаться напрямую связаться с вожаками Хурана Северного.
Но выбора у де Марша не было, а потому он нацепил личину смельчака и поднялся на ют.
– Сэр рыцарь? – окликнул он. – Сэр Хартмут?
Черный Рыцарь наградил его недоброй улыбкой.
– А, купец! Явились меня разубедить? М-м?
Де Марш кивнул.
– Ваш замысел, сэр рыцарь, не поможет ни королю, ни вашей репутации.
Сэр Хартмут расхохотался, затем смех угас.
– Меня, купец, неспроста называют Черным Рыцарем, и то, что я задумал, вполне соответствует моей репутации. На самом деле все, что я делаю, отчасти совершается ради того, чтобы эти лесные твари запомнили меня и боялись.
– Они будут вас бояться, а раз храбры – пойдут на вас войной, – предупредил де Марш.
– Храбры? Де Марш, Южный Хуран был бы у меня в кармане, если бы эти трусы выполнили мой приказ. Даже без них…
Де Марш закусил ус и встал тверже.
– Вам все равно было не выстоять против профессиональной армии и цепи надежно обустроенных фортов. Вы не могли захватить Осаву, а потому взятие Тикондаги – цель столь же далекая, как вон та птица в небесах. Мы бы не взяли Осаву, даже если бы пришедшие из-за Стены стали бездумными автоматами и бросились на ее укрепления. Вам хочется переложить на них вину за ваши – наши – промахи.
Де Марш приготовился к смерти.
Гнев промелькнул на лице Черного Рыцаря, как летний ливень: пришел – и схлынул. Сэр Хартмут перебрал бороду.
– Вы славный малый, де Марш. Я вас зауважал – вы не из наших, но не трус. Однако в вопросах войны вы круглый болван. Пришедшие из-за Стены не стоят пердка, и мои люди – как и ваши – докажут это за час. Так что весной я кое-кого из них возьму и сделаю солдатами – настоящими солдатами, как было в Ифрикуа. Они обучатся и будут повиноваться.
Де Марш подавил желание заорать – или затрястись, как осиновый лист.
– Вам нельзя штурмовать Мон Реаль. Это крупнейшее поселение пришедших из-за Стены на севере. Его не пытались взять даже войска Альбы, даже на пике власти старого короля. Как и морейцы.
– Ну так тем более они дураки. Смотрите и учитесь, купец! Ваш вариант мог бы сработать, но слишком медленно. – Черный Рыцарь смахнул со шлема пару мотыльков. – Весной, когда растает лед, по реке прибудет еще один флот, который доставит мне новых солдат. Людей, которые охотно пойдут за мной – за трофеи, а то и во имя Божье.
Он улыбнулся, и эта улыбка стала последней каплей.
– Вы добьетесь, что нас перебьют! – вскричал де Марш. Мотыльки порхнули прочь. – Вы навлечете на нас гнев и Божий, и всех приличных людей!
Сэр Хартмут рассмеялся.
– Послушайте, купец. Я человек чести и живу по закону войны. Я сделаю это открыто, не под покровом тьмы, и мое послание прозвучит во всеуслышание. Я совершу точно то, что совершали морейцы и альбанцы, то, чем занимался каждый человек, впервые оказавшийся в Новой Земле. Пришедшие из-за Стены не люди. Они вне церкви и цивилизации. Их смерть не запятнает наших клинков.
– Вы безумны! – выпалил де Марш.
Двое матросов схватили его сзади.
– Это я уже слышал, – сказал Черный Рыцарь. – Однако короли продолжают меня нанимать. Так кто же из нас безумен?
