— Извини, Майкл, — сказал он. — Дело нехорошее, и я утаил его от тебя, чтобы не портить свадьбу.
Майкл снова огляделся.
— Господи Иисусе, да что случилось?
— Так не годится, Габриэль, — вмешался отец Арно и объяснил Майклу: — Капталь де Рут, который служит королю, схватил вашего родителя как изменника. Был бой, и ваш отец проиграл. Вчистую. Если ему вынесут приговор...
Майкл тяжело сел, на лице его не дрогнул ни один мускул.
Капитан свирепо глянул на священника, а тот ослепительно улыбнулся.
— Я сотню раз называл его предателем, — сказал Майкл. — А он использовал ваше имя.
Капитан ощерился, как разозленный кот.
— Я знал, что звать капеллана — ошибка. — Смерив взглядом священника, он продолжил: — Приор направил мне несколько посланий. Он говорит, что отцу Арно можно доверять. Несмотря на проказы с моей личностью. Вообще говоря, с тех пор, как я открыл, что мой брат написал матери, мне кажется, что это больше не имеет значения. — Он посмотрел на Майкла. — Это я так, болтаю. Майкл, ты мне нужен. Я замышляю зимнюю кампанию, а ты понимаешь, что это значит.
— Боже мой, да неужели тяготы моего родителя подвигли вас на то, чтобы поделиться планами? — удивился Майкл. Однако он был по-прежнему оглушен. — Я должен помочь отцу.
— Король с управителем отослали от двора всех джарсейских рыцарей, — сказал отец Арно. — Это было сделано не по злой воле. Есть некоторые сомнения в том, что действия капталя законны или совершены с позволения короля. Король, говоря откровенно, пытается сохранить контроль над положением, держа сторонников вашего отца подальше от Галле и людей, которые арестовали графа.
Капитан подлил себе вина.
— В кои веки раз я поддерживаю короля, Майкл. Если настаиваешь на уходе — что ж, я не арестую тебя и не задержу силой, хотя и об этом подумывал. Но воинов у меня в обрез, и я прибегну ко всем возможным доводам ради того, чтобы ты остался.
— Когда я уезжал, — сказал отец Арно, — прошел слух, что ваш отец намерен требовать испытания поединком. На весеннем турнире. — Он зыркнул на герцога. — Другое затруднение связано с новым епископом Лорики. Завтра его возвысят, а он недвусмысленно изложил свои взгляды насчет практики герметизма, здешнего патриарха и моего ордена. К лету фактическим хозяином королевства может стать де Вральи. А королеву обложила галлейская клика. Они ненавидят ее, и мы даже не знаем, за что.
Капитан улыбнулся, и это была коварная улыбка.
— К тому времени мы здесь закончим. Можно отправиться на турнир. Навестим всех за раз, так сказать.
Сэр Майкл сделал глубокий вдох.
— Вы замышляете зимнюю кампанию, а весной сопроводите меня в Альбу? Вы не собираетесь жениться на принцессе и становиться императором?
Капитан посмотрел в окно, наморщив нос от досады, что был вынужден приоткрыть свои планы. Но в итоге он посмотрел на Майкла и усмехнулся.
— Да, дело может повернуться и так, — признал он. — Но это не тот поворот, который мне по душе.
Сэр Майкл потратил секунду, чтобы это переварить.
— Нет? — повторил он и посмотрел на отца Арно, не менее удивленного. У него был вид человека, который только что нащупал важное звено.
Капитан подпер подбородок ладонью, поставив локоть на колено — на диво человеческий жест.
— Иногда мне приходится менять планы, — сказал он. — Сейчас как раз такой случай. По ряду причин я отвечу, что да, мы поедем на турнир к королеве, и нет — я навряд ли женюсь на принцессе. — Он изогнул бровь. — Сочувствую вашему отцу. Мне он нравился.
Майкл повел плечами.
— Я уехал по многим причинам. Из-за них же я нахожусь здесь и не собираюсь сбегать. Наверное, я рад, что вы ничего не сказали мне до конца бракосочетания. — Он глубоко вздохнул. — Пойду, пожалуй, сообщу жене. — Он встал, удостоверился в устойчивости мира и поклонился. На пороге задержался. — Могу ли я называть вас Габриэлем?
— Нет, — ответил герцог.
— Да, — возразил священник. — При каждой возможности.
— Понял, — кивнул сэр Майкл и вышел.
Священник повернулся к своему новому подопечному.
— Насколько я понимаю, вы предпочли снова стать человеком. Это подразумевает и наличие имени.
Капитан продолжал упираться подбородком в ладонь. Он смотрел в окно.
— Это что, лицедейство? — спросил он. — Или вы считаете, что я стану человеком, если поупражняюсь в притворстве?
«Именно», — буркнул Гармодий: то была первая реплика за несколько дней.
Священник подошел и встал рядом.
— Кто наделил вас властью надо мной? — спросил Габриэль, но тоном не враждебным.
— Вам шлет привет
На второй день после праздника армия, теперь вобравшая почти двести местных морейских страдиотов, устремилась в холмы по направлению к Фраке. У нордиканцев были пони, и все воинство переменило коней. Они двигались быстро, покрыли без малого двадцать миль и вернулись через холмы на запад, не встретив никакого сопротивления. Специально отобранные воины поупражнялись в штурме небольшого замка, который выстроили для этого — высотой по пояс, но с четко обозначенными помещениями.
