Ничего удивительного, если подумать. Не говоря уже об открытых данных, но если даже в информации, которой обладала Служба, об Ардиге были в основном лишь общие места и пустые слова насчет удобрений – откуда было взяться этим сведениям?
Так‑так. Идем дальше. Что делает любой человек, причастный к делам вроде наших, если ему желательно иметь сведения, а их нет? Тут только одна возможность: человек принимает меры для того, чтобы информацию – получить, обстановку – представить.
А каким способом?
Если речь идет о планете с очень немногочисленным и к тому же сменным населением – посылают туда корабль. Сверху легче определить интересные места, чтобы затем направить туда тех, кто высадится на поверхность. А десанту удобнее будет разобраться в деталях на месте. И принять меры, если потребуется.
Но корабль послали не с группой, а с двумя людьми, не получившими никаких заданий.
Почему опять‑таки?
Не знаю. Но попробую рассуждать от противного. Лично я послал бы такой кораблик в случае… ну‑ну, думай… Уже горячо… Гм. Идиотская мысль. Да. И потому имеет шансы оказаться верной: послал бы в случае, если первая попытка – штатная, та самая, о которой я только что думал, – была предпринята еще раньше. Корабли Службы с такими вирт‑капитанами, как «Триолет», способны садиться и взлетать, если даже на борту нет ни живой души. Была бы программа. Предположим, что корабль уже прилетал сюда. Что‑то подозрительное зафиксировал. Взлетел, хотя ему наверняка старались помешать. И вернулся на Теллус.
Вот‑вот. Что‑то уже вырисовывается. Вернулся на Теллус. Там внимательно просмотрели и прослушали журнал. Кое‑что, безусловно, извлечь из него удалось. Что же, правдоподобно. А потом?
Потом все просто, как в бане. Этот кораблик подлатали, там и сям чего‑нибудь добавили, и…
Нет, что дополнили конструкцию – это несомненно. На таких корабликах по штату ВВ‑установке быть не положено. Она там не нужна. Но возникла ситуация, надо полагать, когда она смогла бы понадобиться. И решили погнать его на Ардиг еще раз, поскольку «Триолет» успел, возможно, во время первого пребывания здесь наработать некоторое количество приемов самосохранения в этой конкретной обстановке. А погнать для того, чтобы он тут и остался в качестве мобильной ВВ‑станции, по которой сюда могли бы попадать люди для выполнения разведывательных действий и, выполнив, убывать таким же путем. А мы с Лючей и в самом деле оказались просто попутчиками.
Кстати, это, конечно, лишь мое предположение – что именно «Триолет» был тем кораблем. Никаких конкретных фактов на этот счет у меня нет. Пока нет. Кроме разве что обмолвки здешней прельстительницы из службы розыска. Но интуиция говорит: он, он. А логика подсказывает: у этого корабля уже есть какой‑то опыт действий на Ардиге; это не пустые слова – опыт корабля. Вирт‑капитан – он же компьютер, он же мозг, называйте, как вам больше нравится, – машина аналитическая и самопрограммирующаяся, и поведению в возникающей здесь обстановке ей не надо обучаться с азов. Конечно, послали его. А что он до сих пор никак не дал мне понять, что он тут не впервые, так я его об этом и не спрашивал. Потому что ничего подобного не подозревал – по врожденной глупости, наверное. Хотя если бы заподозрил, кое‑что заметил бы и раньше, некие оттеночки его поведения.
Значит, проблемы корабля для Теллуса не было, а вот для Ардига она возникла уже во второй раз. Потому что корабль тут был, скорее всего, замечен в первый свой визит и опознан – во второй, нынешний. Но так подставить нас… Нет, генерал, какой ты все‑таки…
2
Говорят, что когда кого‑то вспоминают нехорошим словом, на него нападает икота. Наверное, из этого правила, как и из всех других, есть исключения – иначе трудно объяснить то, что когда Ра мысленно честил генерала Службы на все корки, Иванос ничего похожего не испытывал. Потому, быть может, что сознание его было занято совсем другими делами, с его точки зрения куда более важными. И в ту минуту, когда его пищевод должен был судорожно сокращаться, он только что выслушал очередной доклад своего адъютанта, думал об услышанном и задавал дополнительные вопросы.
– «Триолет» выходит на связь? Я ведь просил немедленно докладывать мне!
– Связисты докладывают, шеф. Но «Триолет» пропускает вот уже второй сеанс связи.
– Утешил, – проронил Иванос мрачно. – Что от резидента?
– То же самое: полное молчание.
– И вовсе весело. Вызывайте того и другого – непрерывно! И связистам передайте: пусть не боятся меня тревожить.
– Слушаюсь. Связисты говорят, что планета закрылась.
– Вот как! Ладно, свободен пока.
Генерал еще несколько секунд смотрел вслед адъютанту – даже тогда, когда тот затворил за собой дверь.
А на Ардиге, выходит, не все в порядке. Резидент молчит. Впрочем, это как раз может иметь простое объяснение: та связь, которой он обладает, даже не очень сильный колпак уже не пробивает, старая аппаратура. А вот «Триолет» такие штуки одолевает запросто. И уж если он молчит – значит, там приняли нешуточные меры. А может быть, и…
– Ну, что там еще?! (Совершенно не дают подумать!)
