— Да, теперь, глядя на это, могу сказать, что что-то такое я видела во сне. Но я полностью себя не контролировала. Точнее не так, это трудно объяснить, я словно была иной личностью и действовала осознанно, но не как Ласка, оказавшаяся в теле демона, а как именно Лилит. Как если бы мне стерли память, записали в нее новую личность, и я действовала в соответствии с ней. Однако теперь, когда я вновь стала собой и вспоминаю свой сон, мне начинает казаться, что я не могла контролировать свои действия и была заперта в теле демона. Но, как я уже говорила, это не совсем так.
— Подобные вещи напрягают. Она ведь исчезла, когда ты проснулась, или ты проснулась, когда она исчезла. Так что, возможно, мы правы, и всё это проявление наших демонических тел…
— Есть только одна загвоздка. Я все это время была в комнате, и если бы это было проявлением демонического тела, то Лилит бы не растворилась в воздухе, а поменяла форму и стала мной.
— Тоже верно.
Мы некоторое время постояли, обдумывая произошедшее.
— Знаешь, возможно, мы не просто так сюда пришли. И, возможно, не просто так стали появляться эти особые сны, где мы иные личности, — сказала Ласка. — Возможно, мы как-то связаны с этой бездной, не зря, как говоришь, есть такое чувство, что ответы найдем, когда спустимся на дно.
— Надеюсь, мы при этом не найдем себе проблем.
Ласка усмехнулась.
— А разве когда-то было иначе?
— И то верно, — хмыкнув, согласился я. — Только, как всегда, выбора нет. Выбор между сражением и возможной гибелью и выбор сдаться и потом быть убитым — это не выбор. Ладно, пойдем. Мне нужно восполнить запасы взрывчатки и еще кое-что сделать.
— Оружие?
— Угу, Шестерня набрал камней хранения и попросил сделать. Конечно, заготовки уже сейчас будут готовы, но использовать оружие пока будет нельзя — нужно подождать, пока не получим такой же генератор, как у тебя, так что только когда попадем в реальный мир, доделаем.
— А у кого ты заказал?
— У кузнецов. Среди повстанцев оказалось немало таких, кто хорош в ковке. Сейчас они спешно куют мечи и копья, чтобы довооружить тех, кому не хватило оружия из запасов лагеря и тюрьмы, что мы принесли с собой. Я им зелья для ковки и закалки сделал, а они в ответ по моей просьбе выкуют кое-какие предметы, из которых я и сделаю вам новые усиления.
Мы развернулись и двинулись к выходу из переулка. Надеюсь, мой разговор с Лилит и мое превращение никто не видел, хотелось бы подобное оставить подольше в тайне. Стоило нам подойти к выходу из переулка, как я, подняв взгляд, увидел, как в окне здания напротив мелькнула фигура Чумы.
Передовые отряды разведки подошли к столице, попутно пленив и связав несколько охотников, что вышли добыть еды в лесу, как раз по пути нашего маршрута. Естественно, их убивать не стали. Мы бы это сделали, но сейчас мы союзники повстанцев, которые хотят спасти свою страну, а убийство невинных крестьян противоречит смыслу всего повстанческого движения. Так что их связали и оставили одного бойца, который развяжет путы спустя пару часов, как раз когда начнется штурм столицы, когда осведомленность крестьян уже не будет представлять никакой опасности.
Времени у нас осталось тридцать часов. Пятичасовой сон и подготовка, а потом почти восемь часов — поход до столицы. Для обычных людей такой марш-бросок потом потребовал бы отдыха, но серафимы шли налегке, да и они во много раз сильнее и выносливее обычного человека, так что такой поход по лесам почти не отнял у них сил — такая себе разминка перед боем.
Мы замерли у опушки, впереди просторные поля с растущими на них незнакомыми овощами, напоминающими капусту, скрещенную со свеклой. До города где-то километр расстояния, которое войско будет преодолевать бегом. Учитывая силу и скорость серафимов, они смогут преодолеть это расстояние где-то за минуту, при этом почти не нарушая строй, дабы одной мощной волной обрушиться на стены.
Я гляжу глазами главы повстанцев. Чума решила, что я для этой роли подойду лучше. Хоть это делаю не первый раз, все еще непривычно ощущать себя одновременно в двух разных местах, видеть и своими глазами, и глазами управляемого мной мертвеца. Благо, что двигаться не надо — тело двигается само после получения мысленного приказа.
— Все подошли, предводитель, — раздался шепот.
Я дал команду обернуться. Взгляду предстали сотни серафимов, застывших между деревьями. Почти тысяча вооруженных бойцов кажется большой силой, но армия, расквартированная сейчас в столице, больше. Да, там солдаты находятся не в одном месте, и при удачной атаке, накатив на стены волной, можно успеть захватить ее. Вражеская армия будет дезорганизована, этим можно воспользоваться, войдя в город и атаковав мощным ударным кулаком. Но рано или поздно защитники придут в себя и если не остановят в городе, то уже на вторых стенах, окружающих замок, точно. Эта атака будет обречена на провал, но она и не должна была привести к победе. Их задача — отвлечь силы обороны, мы же прорвемся с другой стороны и попадем в замок.
— Раз все готовы, то начинаем, как и оговорено в плане. Вэт.
