Нас восприняли с настороженностью, но в целом нормально, а особенно когда я сварил укрепляющих зелий, то ко мне как к алхимику и зельевару отнеслись даже с уважением. Я представил нас губами Ужга как союзников с других этажей, наплел с три короба про то, что Вак — местный глава серафимов и, по-видимому, хозяин этажа — стал посылать экспедиции на верхние этажи, наткнулся на наше место проживания и теперь грозит нам уничтожением. Потому мы пришли помочь повстанцам свергнуть Вака и установить крепкий мир.
— Ужг, но я все равно не доверяю этим иноэтажцам, — произнес тот здоровяк, что был на площади главным моим оппонентом, а сейчас возглавляет приданную ему сотню бойцов.
На миг в комнате для совещаний повисла тишина, даже огонь в лампе чуть поутих и словно сжался от страха.
— Не беспокойся, мы просто их используем. Как только победим — необязательно исполнять их условия и договор.
Когда я это произнес, находясь при этом физически в другом здании, но благодаря Чуме видя глазами Ужга, слыша его ушами и имея возможность говорить его ртом, то заметил, как остальные воины осклабились.
— Что ж, прости. Просто мы уже засомневались, а не стал ли ты марионеткой.
— Я, марионеткой⁈ — театрально взревел я.
Серафим отпрянул, тут же поднял руки и щупальца вверх, демонстрируя полное смирение и сожаление.
— Прости, я не хотел тебя оскорбить.
Я несколько секунд смотрел на него, потом выдохнул и произнес:
— Ладно. Прощаю, потому что понимаю, что ты… да и все вы слегка нервничаете из-за столь резкой смены событий. Еще какие-то вопросы?
— Нет.
— Тогда идите, готовьте подразделения. Через пять часов выступаем.
— А стоит ли торопиться, многим бойцам нужно отдохнуть, да и прийти в норму?
— Не беспокойся. За отдых ответит человек. Он сварит бодрящие и восстанавливающие зелья. А что до остального, то Вак пока не знает о случившемся. И это наш шанс на внезапную атаку, когда противник не готов. В прошлый раз мы подняли пожар восстания, но дали Ваку время подготовиться, что и привело к разгрому. Сейчас же наша атака будет внезапной.
Примерно всё так и произошло. Так что теперь я доваривал очередной чан. Вообще все оказалось намного проще, чем я ожидал. Достаточно было сварить зелье лечения, но из аналогичных ингредиентов, просто без удаления из них хаоса, и это подействовало. Выпив порцию, уставшие и израненные от постоянных побоев кнутами и металлическими прутьями серафимы распрямлялись, вдыхали полной грудью.
Пять часов — это не так уж и много для подготовки и отдыха, но это не важно. Главное — направить серафимов на столицу, атаковать и отвлечь большую часть сил, а самим напасть и прорваться на следующий этаж, а дальше будь что будет.
Доготовив зелья, я отошел к бараку и уселся на небольшую лавочку.
Впереди проходят воины. Десятки серафимов уже стоят уже на стенах, часть проломов спешно залатали. Так что, если кто подойдет к городку, не поймет, что тут произошло нападение, и заключенные освободились. Точнее говоря, поймут, но только уже когда войдут внутрь, но тут уж мы их не отпустим. Так что о том, что в тюремном шахтерском городке произошел бунт, еще долго не узнают.
После того как мы обчистили еще и местный арсенал, то у нас набралось оружия на семь сотен бойцов — конечно, все оно разнообразное. Кому-то досталось копье, кому-то меч, а кто-то взял в руки лук. И все по одному экземпляру, хотя обычно на одного воина полагается минимум по паре мечей — вдруг один сломается. Но мы-то идем не в долгий поход, а в единственный штурм.
— Умеешь ты мотивировать, — раздался шепот.
Я оглянулся. Чума подошла ко мне справа, переставляя ноги так, что бедра виляют из стороны в сторону.
— Не совсем. Кое-какие ключевые слова и подсказки я получил благодаря чипу.
— Чипу?
— Да. У меня встроенный в надбровную дугу чип, и после определенных событий он словно стал частью меня. Я часто им пользуюсь, чтобы залезть в сеть и узнать всякие новости или какие-нибудь технические характеристики тех или иных предметов и многое другое. Но из-за постоянного подавления я на всякий случай скачал большую базу данных прямо в него. История, философия и прочее. А встроенные ИИ алгоритмы помогли мне с речью. Проанализировав уровень развития серафимов, ИИ нашел в истории аналогичный уровень развития человечества и составил примерный психологический портрет воина: что ему чуждо, что привлекательно, какие темы и слова найдут в нем отклик. Вот на основе этого я и создал речь. Ну и ключевая фраза «месть и честь» — довольно крутая и емкая кричалка. Как раз для таких масс. С этими словами они пойдут в бой. Чума усмехнулась и покачала головой.
— Да. Конечно, удобная вещь. Впрочем, это просто удобный инструмент, который лишь подсказал и указал направление, а все остальное продумал и произнес ты.
— Ну да.
Я, прищурившись, глянул на нее.
— К чему ты клонишь?
— Просто ты все так вдохновенно и искренне произнес. Меня это заворожило. Я словно увидела короля. Его умение подобрать слова, чтобы зажечь сердца, и в то же время холодный расчет и жестокость.
— Жестокость? — переспросил я.
