О раскрытии чекистами дела Локхарта было объявлено вскоре после покушения Фанни Каплан на В. И. Ленина и убийства председателя Петроградской ЧК М. С. Урицкого членом партии народных социалистов, студентом Леонидом Каннегисером. Считается, что эти события явились одной из причин развертывания массового красного террора в Советской России.
Кстати, Моисей Соломонович Урицкий высоко ценил деятельность Льва Троцкого, заявив после свершения революции:
С «гениальностью» Троцкого читатель ознакомится чуть ниже в главе «Карательный эшелон».
Что касается Локхарта, его отправили в Лондон, а Литвинов вернулся в Москву. По делу о заговоре было привлечено несколько сотен его участников. Иностранцев, как правило, выдворяли, а россиян сурово наказывали, вплоть до расстрела.
Сущность садизма составляет наслаждение своим полным господством над другим человеком, а самый радикальный способ проявить власть — это причинить страдание.
Японцы — народ трудолюбивый, достойный уважения, но для нас их политики и военщина были и остаются «заклятыми друзьями». Будем считать — не повезло России на Дальнем Востоке. Судьба послала ей на Тихоокеанском побережье крайне неуживчивого и агрессивного соседа — Японию. Считается, что впервые они попытались развязать войну с россиянами в 1875 году, однако начали ее только через 30 лет. В 1904–1905 годы японцы разгромили наши армию и флот, пользуясь удаленностью баз снабжения и несовершенством тогдашних коммуникаций. Но самый большой вред японцы нанесли России после революции 1917 года.
Уже 8 ноября 1917 года военный министр генерал Кадзусига Угаки, выступая перед слушателями имперской военной академии, призвал «поднять знамя империи на обширных пространствах вплоть до Уральских гор».
Интересна одна деталь, простые японцы о жестокой оккупации Дальнего Востока Советской России соплеменниками не знают (в школьных учебниках этот факт умалчивается), за исключением историков и дотошных публицистов.
А начиналась она так.
Военное руководство Страны восходящего солнца высадило значительный десант во Владивостоке 5 апреля 1918 года и стало готовиться к началу наступления на Хабаровск, который был захвачен в сентябре того же года вместе с главным городом Забайкалья — Читой. С этого времени японцы стали проводить планомерное физическое уничтожение русского населения. Только в одном Владивостоке за несколько месяцев 1920 года японцы убили 7 тысяч русских. Население Хабаровска за годы оккупации сократилось с 52 до 30 тысяч человек, а всего население Забайкалья — более чем на треть. В Амурской области за январь-апрель 1920 года было сожжено дотла 25 сел и деревень вместе с жителями.
Их зверства на Дальневосточной земле поражали свидетелей ужасом. Сожжение в топке паровоза партизан Сергея Лазо, Алексея Луцкого и Всеволода Сибирцева, вырванное сердце комсомольца Виталия Бонивура — до такого могли додуматься только патологически жестокие нелюди.
Надо заметить, что огнестрельное оружие в ходе карательных операций на нашей земле ими практически не применялось. Тысячи жертв закалывали штыками, мечами отрезали и рубили головы, еще живых людей сжигали, закапывали живьем, у женщин вспаривали животы и выворачивали внутренности наружу, убивали малолетних детей. Насиловали, а потом зверски лишали жизни не только взрослых женщин, но и девочек, не брезговали старухами.
В литературе упоминается кровавая расправа японских интервентов над жителями деревень Мажаново и Сохатино в Приамурье, не пожелавших дальше терпеть бесчинства японской военщины. Прибывший в эти деревни 11 января 1919 года карательный отряд по приказу своего командира — капитана Маэда расстрелял всех находившихся в этих деревнях жителей, включая женщин и детей, а сами деревни были сожжены.
В марте того же года командующий 12-й бригадой японской оккупационной армии в Приамурье генерал-майор Сиро Ямада издал приказ об уничтожении тех сел и деревень, жители которых только подозревались в связях с партизанами. Репрессивные акции японских карателей коснулись девяти сел. На примере операции в одном из них — Ивановке есть смысл остановиться. 22 марта 1919 года село неожиданно для жителей было окружено карателями. Ямада отдал приказ открыть артиллерийский огонь. Начались пожары. Затем на улицы, где метались с плачем и криками женщины и дети, ворвалась японская солдатня. Мужчин расстреливали на месте или закалывали штыками. Оставшихся в живых крестьян собрали всех вместе, заперли в нескольких сараях и сожгли заживо. Погибло около 300 жителей Ивановки и сожжено было 130 домов.
