Джейсон лично отнёс бумаги Эдеру — их нельзя было передавать с кем-то из секретарей. Он дождался, когда Эдер прочитает их, на случай, если потребуются пояснения. Глава службы безопасности задал буквально пару вопросов, и Джейсон уже хотел идти, когда Эдер признёс:
— Они мертвы.
— Кто? — переспросил Джейсон.
— Вы знаете, кто, — Эдер пристально посмотрел на него.
— Спасибо, я понял, — отвратительно спокойным голосом проговорил Джейсон. — Все?
— Нет, я учёл ваши пожелания насчёт главного, Бена Седжвика. Его оставили в живых.
— Он может понять, кто за этим стоит.
— Он уже понял. Но у него хватило ума не бежать сломя голову сообщать об этом Риджу. Он уже давно на него не работает. Для большей надёжности я послал к Седжвику людей: он знает, что если попытается предупредить Риджа, то отправится вслед за остальными в на редкость неприятное путешествие.
— А сам Ридж ничего не заподозрил, когда погибло сразу несколько его людей?
— Непосредственно на него работали не все из них, часть была набрана Седжвиком. Ну и… Мы старались не вызвать подозрений. Скажем так, мы были очень изобретательны.
— Не сомневаюсь, вы знаете свою работу, — кивнул головой Джейсон, прежде чем выйти из кабинета.
Эдер на пару секунд задержал взгляд на закрывшейся двери. «Я сообщил ему, что убито десять человек, а его интересует только, не соскочит ли с крючка одиннадцатый, — подумал он. — Отличная работа, Дэниел. Ты получил своё подобие. Только смотри, как бы оно не сорвалось с поводка».
***
Из офиса Дэниел и Джейсон поехали в «Ален Дюкасс». Они в последнее время стали гораздо чаще показываться на людях — после относительно долгого перерыва, связанного с тяжёлым состоянием Джейсона.
Джейсон быстро и незаметно окинул взглядом доступную часть зала, пока метрдотель провожал их к столу. Публика, к счастью, была ему незнакомой. Лишь за одним столиком сидела жена одного из совладельцев крупной нефтяной компании в обществе молодых юноши и девушки, возможно, её детей.
Пока они ждали заказ, Дэниел кратко описал свою поездку в Сингапур и Гонконг. Джейсону особо нечего было рассказать: как раз близился к концу весенний семестр, и он много занимался. Так что они разговаривали в основном об отвлечённых вещах и немного о планах на лето. Джейсон хотел полторы или две недели сразу после окончания учёбы провести где-нибудь в тёплом климате, а потом вернуться к работе. Дэниел пока плохо представлял, как это может быть согласовано с его расписанием. Весенних каникул у Джейсона, по сути дела, не было, вместо них была работа на полный день в качестве ассистента Астона.
Когда он вернулся в офис в начале января, остальные помощники, разумеется, несколько дней подряд пытались у него выведать, что случилось, где он был всё лето и почему не приходил на работу. Джейсон сначала отмалчивался, а потом вежливо, но весьма определенно попросил их не лезть в чужие дела. Примерно так же пришлось поступить с Арембергом и прочими знакомыми.
Запутанные отношения Астона с женой и любовником всегда вызывали в обществе нездоровое любопытство, а тут и вовсе стало происходить что-то непонятное. Сначала в Лондон явилась Камилла, потом на несколько месяцев исчез Коллинз, причём исчез абсолютно бесследно, потом, когда все уже решили, что он выбыл из игры, он вернулся в Лондон. Все знали, что он живёт в особняке на Уилтон-кресент, но оттуда почти не выходит и на светских мероприятиях и деловых встречах не показывается. Некоторые уже начали поговаривать, что Астон держит его взаперти.
Слухов и спекуляций за время отсутствия Джейсона ходило множество. Многие предполагали, что миллиардер к нему просто охладел и скоро всё будет кончено. Другие придерживались мнения, что Коллинз чем-то серьёзно болен. Наиболее популярной была версия, что он летом лечился от зависимости (какой — неизвестно) в реабилитационной клинике, и некоторые даже утверждали, что чуть ли не лично видели, как Астон навещал его в госпитале «Прайори» в Рохемптоне. Ещё одна сплетня, зародившаяся, вероятно, благодаря прошлогодней истории с Андреасом Эттингеном, весьма приятно щекотала воображение публики: поговаривали, что Астон в очередной раз с кем-то поймал своего молодого любовника, порвал с ним, но потом сменил гнев на милость.
Джейсон был в курсе этих историй, но уже давно научился не обращать на них внимания. Он не мог позволить себе быть слишком чувствительным к мнению толпы. Может быть, первые полгода он и сгорал от стыда при малейшем намёке на свое постыдное положение — положение молодого человека на содержании у женатого мужчины — но теперь такие вещи перестали его ранить. Он был тем, кем он был. Он жил с Дэниелом не ради денег — это знал он сам, и знал Дэниел. Джейсону было этого достаточно. Другие могли поливать его грязью сколько угодно. Да, именно так: сначала распускать грязные слухи, а потом присылать ему приглашения и упрашивать Аремберга или Джанет Дуглас привести к ним такого «модного» Джейсона Коллинза.
