— Я не верю в это. Ты ведёшь себя, как маленький ребёнок, который не может получить луну с неба. Ты требуешь и кричишь и не хочешь ничего понимать. А он… он болен, пойми ты это наконец! Посмотри на него! Ты делаешь только хуже.
Астон с минуту сидел неподвижно, потому он поднял голову и уставшим голосом произнёс:
— Хорошо, хорошо. Делай, как считаешь нужным. Наверное, я… я ошибся.
Эдер кивнул телохранителям на Джейсона:
— Помогите ему спуститься вниз. Моя машина у главного входа.
Вест подошёл к Джейсону, взял его за плечи и попытался поставить на ноги. От первого же прикосновения Джейсон закричал и начал яростно отталкивать охранника.
— Не трогайте меня! Нет, нет, нет! Не надо! Пожалуйста!
— Отойди от него! — рявкнул Астон.
Вест отступил на два шага в сторону. Джейсон затих, но губы его беззвучно повторяли слово «нет». Дэниел поднялся с кровати и медленно, несмело подошёл к нему.
Эдер прошептал:
— Не надо! Дай ему успокоиться!
Астон не послушал его. Он сделал ещё шаг и опустился возле Джейсона на одно колено. Осторожно, стараясь не напугать, он коснулся его безжизненно висевшей руки. Джейсон смотрел на него неуверенно, словно не до конца узнавая, но не вырывал руку и не отбивался. Дэниел крепко сжал его ладонь. Бросив на него последний, опять потерянный мёртвый взгляд, Джейсон отвёл от него глаза и откинул голову назад, на стену, будто не в силах держать её прямо. Но всё его тело едва заметно расслабилось.
Склонившись к нему, Астон прижал ладонь Джейсона к губам и начал покрывать её поцелуями.
— Прости меня, — шептал он. — Пожалуйста, прости меня! Господи, что я наделал, что я опять наделал!.. Я больше не мог выносить… Джейсон, прости меня!..
Эдер бросил короткий взгляд на Веста и Шефера. Всё это было определённо не для их глаз, впрочем, и не для его тоже.
— Вон отсюда! — тихо скомандовал он.
Телохранители мгновенно покинули комнату.
Астон привлёк Джейсона к себе, обнял и прижал к груди. И, как это ни было странно, абсурдно, необъяснимо, тот позволял ему касаться себя — даже после всего, что только что произошло. Голос Дэниела дрожал, а широкая ладонь гладила безвольно склонённую ему на грудь голову Джейсона.
— Прости меня! Ты же знаешь, что я люблю тебя… Я люблю тебя больше жизни. Прости меня за всё, что я сделал с тобой! Я так виноват… виноват…
Эдер отошёл в сторону и отвернулся. Он сделал пару шагов до комода и опёрся на него руками. Это пугало его. Дэниел, которого он знал столько лет, расчётливый, жестокий и хладнокровный Дэниел Астон терял всякий контроль над собой, когда дело доходило до его любовника. Бывшего любовника — так теперь надо говорить. Эти отношения всегда были нездоровыми, извращёнными, болезненными, а сейчас они превратились в сущий кошмар. Они разрушали и сводили с ума обоих.
Это плохо кончится, он всегда знал, что это плохо кончится. И он ничего не мог с этим поделать. Эдер подумал, что прямо сейчас вывел бы Джейсона из комнаты и пустил бы ему пулю в затылок, если бы это спасло Астона, если бы смерть могла вычеркнуть мальчишку из их жизни и стереть всякую память о нём.
Глава 60
Эдер поднял трубку: секретарь сообщила, что связалась с мадам ван Бредероде, и та готова поговорить прямо сейчас. Эдер попросил соединить его.
— Доброе утро, Анна, — поздоровался он. — Извините, что беспокою вас рано утром.
— У нас оно не такое уж раннее, — ответила ван Бредероде. — На два часа позднее, чем у вас.
Ван Бредероде была сейчас в Женеве, где обычно и работала.
— У меня к вам довольно деликатный вопрос, не самый подходящий для обсуждения по телефону, но я хочу кое-что выяснить как можно скорее. Дело касается Астона лично, вы понимаете?
— Продолжайте.
— Мы с вами уже разговаривали по этому поводу, но не так детально, как мне хотелось бы. Вы присутствовали на том совещании в шато.
— После которого Астон серьёзно рассорился с Джейсоном?
— Да, именно. И я подозреваю, что на этот раз они не помирятся. Я хочу понять, что тогда случилось.
— Я ничего не знаю, всё произошло очень быстро, — неуверенно ответила ван Бредероде. — Буквально несколько секунд.
— Что они конкретно сказали друг другу, вы можете вспомнить?
— Коллинз извинился за беспокойство, потом положил на стол фотографию и спросил что-то вроде: «Ты за этим стоял?» Астон вообще ничего не говорил, он просто извинился и вышел.
— Возможно, он кивнул или…
— Нет, он никак не ответил на вопрос. Вы пробовали спрашивать у него самого?
— Он не отвечает. Коллинз тоже. Но это должно быть нечто такое… Я должен знать, что.
Эдер задумчиво выводил квадраты и круги на листе бумаги. Он должен был знать, но ему ничего в голову не приходило. Джейсон был готов простить Астону даже ту ужасную сцену в Колоньи, и Эдер представить себе не мог, что надо было сделать, чтобы переплюнуть даже приказ убить.
— Простите, но ничем больше не могу помочь. Это всё, что я видела.
— А фотография? Вы говорили, что на ней был Коллинз.
