Джейсон бросил на него неприязненный взгляд. Как он ненавидел всю эту чёртову шайку!.. Они скоро в туалет начнут его водить под присмотром. Чего они боятся? Что он поведает врачу печальную повесть своей жизни? Так ведь доктор явно был из тех, которые оказывают любого рода услуги абсолютно конфиденциально, покрывая любые преступления своих клиентов.
— Я не понимаю, зачем это нужно, — произнёс он.
— Астон пожелал знать всё о вашем состоянии.
У Джейсона кровь прилила к лицу от ярости. Господи, какой же подонок!.. Мерзавец… Что ж он сам не пришёл поприсутствовать, полюбоваться на своих рук дело?!
— У этой сволочи хватает наглости присылать ко мне врачей?! Детали ему нужны?! — не выдержал Джейсон. — Что в следующий раз? Руки-ноги мне переломает? Конечно, почему нет? Главное — врача потом прислать!
— Когда, говорите, была инъекция антидепрессантов? — спросил врач у Эдера.
— Семь часов назад первая. Через три часа повторно, всё, как вы сказали.
Доктор смотрел на Джейсона с лёгким беспокойством, Эдер — совершенно невозмутимо. Джейсон резко замолчал. Не хватало ещё, чтобы решили, что у него нервный срыв, и вкололи бы следующую порцию лекарств.
— Осматривайте меня, — поднял он усталые, покрасневшие глаза на врача. — Чего вы ждёте?
Когда мужчина ушёл, выдав Эдеру листок с рекомендациями, Джейсон спросил:
— Зачем это всё? После… после того, что он сделал… — голос его срывался и дрожал, а плечи чуть заметно подрагивали. — Мразь…
— Думаю, кое-что из прописанного врачом вам пригодится, — заметил Эдер вместо ответа.
— Что он решил? Что со мной будет?
— Пока вы не поправитесь, останетесь здесь. Астон уезжает на рождественские каникулы. К его возвращению вы как раз придёте в порядок.
— Приду в порядок? Если я поправлюсь, он опять… О, Господи… он опять, опять… — Джейсон начал говорить громче и схватился за рот, когда из рассечённой губы снова начала сочиться кровь.
Эдер заговорил не сразу:
— Вы сами виноваты.
— В чём? — впился в него огромными отчаянными глазами Джейсон. — В том, что решил уйти от него? В том, что больше не мог терпеть его издевательств?.. Вы же сами всё знаете…
— И вы тоже знали, как он отреагирует.
Джейсон закрыл глаза.
— Знал. Но я не мог терпеть.
— Возможно, теперь вам придётся терпеть ещё худшее.
— Вам не отвратительна ваша работа? — спросил Джейсон, глядя в упор на Эдера.
— Это работа, — пожал тот плечами, — и я буду её выполнять. Имейте в виду, ещё одна попытка сбежать, и вам имплантируют GPS-маячок.
Джейсон только фыркнул в ответ на эту угрозу.
— Вы меня не перепутали со своим протеже, с Лукасом? Думали, я поверю? Таких маячков не существует.
— Что ж, — ничуть не смутился Эдер, — попробовать стоило. Но радиомаячки точно существуют. Поставим такой.
— И не забудьте взять с меня клятвенное обещание не отходить от дома дальше, чем на двести метров, — язвительно прокомментировал Джейсон.
— Двухсот метров нам хватит, чтобы вы не смогли покинуть периметр.
***
Следующие дни — Джейсон сбился со счёту, сколько их прошло — он провёл всё в той же комнате. Ноутбук ему, естественно, не вернули, но теперь он мог читать книги и смотреть телевизор. Джейсон не делал ни того, ни другого. Первые дни он пребывал в ватном и деревянно-спокойном состоянии под действием успокоительного и ещё какой-то дряни, выписанной доктором. Действие было похоже на антидепрессанты, которые назначала ему доктор Риккетс, но было сильнее. Джейсон послушно глотал таблетки: с ними было легче, он был за них даже благодарен. Они снимали тяжесть с души.
Основная тяжесть была связана вовсе не с тем, что произошло. Если подумать, то, что сделал Астон, не так уж сильно отличалось от того, что порой происходило между ними по доброй воле. Они редко ссорились, но иногда их ссоры завершались именно так: Дэниел швырял его в кровать и трахал. И его это безумно возбуждало, ему всегда нравилось, что Астон был сильнее его. Но он был сильнее не только физически, а в каком-то ужасающем вселенском масштабе: он мог контролировать его жизнь, сделать его своим пленником, и от него не было спасения.
Больше всего Джейсон переживал за то, что должно было произойти. От неопределённости можно было сойти с ума. Он пытался убеждать себя, что нет никакого толку ломать голову над тем, что ещё не произошло, и надо решать проблемы по мере их поступления, но не мог отделаться от навязчивого беспокойства. У него было огромное количество вариантов, но он знал, что Астон может выдумать нечто такое, что никогда ему самому не придёт в голову. Если сначала он боялся, что Дэниел просто убьёт его в порыве гнева или прикажет убить, то теперь стало понятно, что этого не произойдёт: никто не стал бы так заботиться о том, кого должны пустить в расход.
