Дэниел невесело усмехнулся.
— Хочешь, чтобы я помог тебе?
Джейсон кивнул.
— Ты пробовал поговорить с женой? — спросил Астон.
— Она не хочет со мной разговаривать, сменила телефон. И она всё равно мне не поверит. Она считает, что Зак, в отличие от меня, станет заботливым и любящим отцом, — Джейсон судорожным нервным движением потёр лоб. — Даже её мать не знает, куда они уехали.
— Они не могут скрываться вечно. У них есть родственники, родители. Это слишком большая цена за то, чтобы просто не видеться с бывшим мужем. Я думаю, после официального развода они объявятся.
— Я думал об этом. Если мы разведёмся на этих условиях, и я попытаюсь встретиться с сыном, Рэйчел может вызвать полицию. Скажет, что я угрожал или ещё что-нибудь в этом роде, после чего получит постановление суда, по которому я не смогу приблизиться к ней или ребёнку ближе, чем на триста футов. Зак согласился принять назад блудную невесту, и эта дурочка теперь делает всё, как он говорит.
— Зак настолько тебя ненавидит?
— Я не знаю, — усталым голосом сказал Джейсон. — Может быть. Скорее, он очень сильно любит её. Или ревнует. И он просто неадекватен.
Астон слушал, о чём-то размышляя, и, когда Джейсон замолчал, ничего не сказал. Джейсон чувствовал себя неловко в этой тишине, поэтому снова заговорил:
— Возможно, это связано с тем, что у него самого не может быть детей… Кто его знает… Псих, вот и всё. Она дважды давала ему отставку, изменяла, когда они были помолвлены, и он всё равно сразу же примчался к ней. Это уже о чём-то говорит.
Дэниел посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд был долгим, пронзительным, прожигающим насквозь затаённой болью.
— Я бы простил тебе и не такое, — твёрдо сказал он потом.
Губы Джейсона дрогнули и скривились в напряжённой, горькой усмешке:
— Ты?.. Простил?.. Ты бы убил меня, и едва это не сделал.
Дэниел отвернулся и сделал несколько шагов по комнате, дойдя до окна, а затем вернувшись обратно.
— Я могу избавить тебя от этого Зака, — произнёс он. — Надо только найти его. Думаю, это дело нескольких дней, в худшем случае — недели. Я позвоню Эдеру, он всё организует.
Джейсон опустил глаза:
— Ты ведь ничего не делаешь просто так…
Астон секунду помолчал, заложил руки за спину и сказал:
— Ты всё обо мне знаешь.
Джейсон, по-прежнему не глядя на Дэниела, выпрямился, сунул руки в карманы брюк и развернулся к выходу.
— Договорились, — медленно, устало сказал он.
Джейсон не успел дойти до дверей, как Астон догнал его, взял за плечо и заставил посмотреть на себя.
Не говоря ни слова, Дэниел обнял его и прижал к себе. Джейсон начал вырываться, но Астон был гораздо сильнее — это было всё равно что пытаться сдвинуть с места стену.
— Отпусти меня! — срывающимся голосом произнёс Джейсон, когда понял, что самому освободиться не удастся.
— Успокойся, я ничего тебе не сделаю, — сказал Астон, всё ещё крепко держащий Джейсона, беспомощно дергающегося в его объятиях. — Тише… Я просто… я думаю, тебе это нужно. Я знаю, как тебе плохо. Но это всё закончится, рано или поздно закончится. Успокойся…
Голос Дэниела был уверенным и сильным. А ещё он был знакомым: это было то особенное звучание, которого не слышно при обычной беседе — и только тогда, когда прижат к другому человеку, слова отдаются где-то в горле и груди, становясь осязаемыми, вибрирующими, и можно почувствовать каждый вдох, и выдох, и паузу… и тепло. Тело Джейсона почти что против его воли сдалось и расслабилось, и он прижался к Астону. На этот раз не было того окутывающего ощущения покоя, которое он раньше испытывал в объятиях Дэниела. Ему просто стало чуть-чуть легче, как будто из того тяжкого груза, что лежал на сердце, выкатился один камушек… Но гораздо важнее было чувствовать, что кто-то есть рядом — пусть он сам и не хотел этой близости, и это был совсем не тот человек, с которым он хотел бы разделить свою боль. До этой минуты он был совсем один, один во враждебной, безжизненной стеклянно-холодной пустоте.
— Я знаю, каково это, — шептал ему на ухо Дэниел, почувствовав, что Джейсон больше не сопротивляется. — Когда ты исчез, и я не знал, что с тобой, где ты, жив ли ты… Мне казалось, я очутился в аду. И рядом не было никого.
На доли секунды Джейсону захотелось возвращения к старому: к той жизни, где рядом был сильный и надёжный Дэниел, который в реальности мало от чего мог спасти и защитить, но рядом с которым он чувствовал себя защищённым и не таким одиноким, Дэниел, который давал ему желание бороться и двигаться дальше, ради которого он готов был бороться… Но он быстро стряхнул с себя это сладкое, вкрадчивое, предательское чувство.
Джейсон не пытался вырваться, он стоял, спрятав лицо на груди Дэниела, и в горле щемило так, словно он сейчас расплачется, поэтому слова его вышли хриплыми и сбивчивыми:
— Не надо… Всё прошло, давай не будем больше…
— Ты хочешь назад? — рука Астона осторожно, чуть ощутимо легла на затылок Джейсона.
