Джейсон положил правую руку на клавиатуру и наугад ткнул несколько клавиш. Ощущение от нажатия было иным, но звук казался вполне похожим. Джейсон подумал, что бы ему такое сыграть… Что-то простое, чтобы почувствовать чистое звучание каждой ноты. Он начал из середины Adagio sostenuto "Лунной сонаты", ту часть, где мелодия сначала в несколько заходов взбирается вверх, а потом спускается на три с лишним октавы вниз. Он думал, что этот отрывок, сыгранный без аккомпанемента, одной правой рукой, Итан не узнает, но тот тут же спросил:
— Бетховен?
Джейсон, не оборачиваясь, кивнул и продолжил играть, заметив:
— Ты не говорил, что у тебя есть инструмент.
— Я постеснялся. Вдруг бы ты попросил сыграть, а я толком и не умею.
— Я тоже почти разучился. Два года не играл.
Разумеется, Джейсон не стал рассказывать Итану о своём кратком и блистательном исполнении рэгтаймов Джоплина на вилле. Как не рассказывал о том, какие у него сейчас были отношения с Астоном, или о том, что его отец был всемирно известным математиком и он не знает свою мать, или о том, что работал на разведку и что шрам на руке не от операции из-за туннельного синдрома, а от наручников. Он думал, что расскажет когда-нибудь потом. Итан был тем человеком, которому он рано или поздно рассказал бы всё. Но не сейчас.
— Красиво, — Итан подошёл ближе и обнял Джейсона за талию, уткнувшись подбородком ему в левое плечо. — Я хочу, чтобы мы встречались и дальше. Я уже говорил тебе…
Джейсон по-прежнему перебирал клавиши. Итан начал целовать его в шею, потом куснул за мочку уха, от чего у Джейсона дыхание на секунду остановилось и сердце забилось в торопливом предвкушающем ритме. Он расслабился и откинулся назад.
— Хочешь меня? — спросил он.
— Конечно. Всегда.
Джейсон в который раз подумал, что для него в жизни и в отношениях всё оказывалось слишком легко и одновременно несостоятельно. Он не сомневался, что если у него не получится с Итаном, он без проблем найдёт кого-то ещё. У него было всё, что для этого нужно: молодость, красота и (на первый взгляд) довольно лёгкий и уживчивый характер. Он сознавал свою привлекательность, её преимущества и её главный недостаток: он может заполучить почти любого, но лишь благодаря внешности, а не потому, что они действительно подходят друг другу. Астон всегда сомневался в искренности чувств своих любовников потому, что был богат; а он будет сомневаться потому, что красив.
Утром Джейсон уехал домой, задержавшись чуть дольше обычного, и Итан наконец получил долгожданный завтрак в постели и утренний секс. Учитывая чуть ли не сорокаминутную дорогу до Форт-Лодердейла, Джейсон оказался на пороге своей квартиры только в одиннадцать часов. Лори сейчас как раз должна была собираться на прогулку с Диланом, значит, скоро дома будут тишина и покой — самое время поработать.
Он пересёк крошечный тёмный холл и замер в широком проёме, ведущем в гостиную: там на диване сидел Астон. Сердце ухнуло куда-то вниз.
— Что ты здесь делаешь? — в голосе звучал, скорее, страх, чем злость.
— Прилетел ночью и сразу решил поздравить тебя с окончанием слушания.
— Мог бы позвонить. Я бы приехал домой пораньше…
Джейсон обернулся назад, услышав шум за спиной. Лори вынесла в холл Дилана: он был одет для прогулки — в футболку со смешным зубастым монстром и надписью «Маленькое чудовище», штанишки-карго и кедики. Джейсон обязательно здоровался с сыном каждый раз, когда возвращался домой, но сейчас его словно приковало в дверном проёме между Диланом и Астоном.
— Меня впустила мисс Рамирез, — пояснил тем временем Дэниел. — Мы с ней успели познакомиться, пока она жила на вилле.
Его взгляд весьма красноречиво добавлял к этой фразе окончание «и пока ты где-то шлялся», но вслух он ничего не сказал. Джейсон не сомневался, что ещё услышит продолжение — когда Лори уйдёт на прогулку.
Джейсон всё-таки вышел в холл и взял Дилана на руки. Лори рассказала, как мальчик провёл ночь и утро, они обсудили какие-то мелочи, и Джейсон помог ей усадить сына в коляску. Потом он закрыл за Лори дверь и вернулся в гостиную.
Астон тут же поднялся с дивана. Они встали друг напротив друга.
— Опять был у него? — спросил Астон со злой, ядовитой усмешкой.
— Да, был, — подтвердил Джейсон.
— Что ты пытаешься доказать, Джейсон? Свою независимость? Или просто хочешь сделать мне больно?
Джейсон презрительно прищурил глаза.
— Конечно, всё в мире совершается только ради тебя! Я даже переспать ни с кем не могу, не подумав сначала о тебе.
Дэниел как будто не слышал язвительного замечания Джейсона — списал это на очередную попытку поострее уколоть.
— Ты сделал мне больно, — продолжил он. — Очень больно. Доволен?
— Зачем ты пришёл? — Джейсон развернулся и отошёл к противоположной стене, сделав вид, что рассматривает книги на полке — книги остались от предыдущих владельцев квартиры и были на испанском. Джейсон только весьма приблизительно понимал смысл названий.
Он прикусил губу, думая, что Дэниел не видит, и сказал:
— Я благодарен тебе за помощь, но теперь, когда всё закончилось… Чего ты хочешь?
