Разноцветная одежда полностью

^{Малфи сидит по правую сторону от трона в официальной мантии и золотом наплечнике правителя Египта. Ракаф, пророк, толкует сны фараона.}

РАКАФ (с огромной раковиной в руке). И Податель Семи Истин снова говорит с Ракафом, пророком, и говорит… (прикладывает раковину к уху и напряженно слушает. Рувим с края сцены играет еле слышную мелодию, вариацию темы воды) — что семь тощих коров — это семь народов мира… (Рувим перестает играть. Ракаф останавливается, на лице его досада).

ФАРАОН. Продолжай, Ракаф. Я слушаю.

РАКАФ (энергично трясет раковину, снова прикладывает к уху. Рувим играет. Ракаф уверенно продолжает). И семь народов будут завоеваны армиями могучего Египта и тобой, о могучий фараон.

ФАРАОН. Ты потакаешь моему тщеславию.

РАКАФ (прикладывает раковину к уху. Речь Ракафа продолжается в ритме игры Рувима). Эта истина дарована мне Подателем Семи Истин — потому что твой сон содержал священное число семь.

ФАРАОН. Скажи мне, Малфи, все ли его истины так же истинны, как эта?

РАКАФ (его речь продолжает следовать за ритмом флейты. Рувим играет, пока не будет указано перестать). Семь Истин в равной степени истинны, о могучий фараон. Ведь нет ни одной истины истиннее, чем эти истины, открытые Подателем Семи Истин.

ФАРАОН. Да уж. Так же, как ни одна благодать не может быть благодатнее, чем та благодать, которой я тебя отблагодарю.

РАКАФ (падает на колени). Но я недостоин, о могучий фараон!

ФАРАОН. Разумеется. Однако ты будешь вкушать хлеб довольства…

РАКАФ. Хлеб довольства!

ФАРАОН. И одеваться в одежды спокойствия.

РАКАФ (целует ноги фараона). Одежды спокойствия! Будь благословен фараон, внимающий мудрости Семи Истин!

ФАРАОН. Именно эта мудрость и научила меня вознаградить тебя так, как я сделаю это сейчас.

^{Он делает знак Малфи, тот ударяет жезлом по медному листу. Появляется палач и движется к Ракафу. Рувим перестает играть. Незаметно уходит.}

РАКАФ (бросается к ногам фараона). Но ты обещал мне великую благодать, о мудрый и справедливый фараон!

ФАРАОН. Ты ее и получишь. На твоей могиле я напишу разрешение, чтобы твоя душа свободно прошла по дорогам загробного мира.

РАКАФ. Но этого не может быть. Фараон хочет испытать своего слугу.

ФАРАОН. Нет, Ракаф. Эта истина, которая скалит зубы и зовется смертью — самая истинная из всех истин. Она поглощала всякую святую ложь и всякого святошу-лжеца от начала мира — и все еще способна поглотить очередного.

^{Малфи делает знак. Палач выступает вперед и утаскивает Ракафа.}

МАЛФИ. Фараон сегодня в духе. Его шутки божественны.

ФАРАОН. Если я угодил тебе, мое удовольствие не знает границ.

МАЛФИ. Смешнее всего была его жажда награды.

ФАРАОН. Ты знал, что я собирался сделать?

МАЛФИ. С самого начала.

ФАРАОН. Мне надо быть изобретательнее в следующий раз. Если внезапность упущена, удовольствие омрачено. (Малфи хлопает в ладоши. Слышится тихая нежная музыка, тема фараона). Мне нравятся эти приятные передышки. (Малфи дважды хлопает в ладоши. Появляется мойщик ног и преклоняет колени перед фараоном). Принеси серой амбры и розового масла и омой мои ноги там, где он целовал их. Не по душе мне поцелуи мертвецов. (Мойщик ног быстро уходит). Что ж, Малфи, разделаемся со следующим или сначала поедим?

МАЛФИ. Я думаю, еще одного, чтобы потом фараон не перетрудился на полуденной жаре.

ФАРАОН. Неужели никогда мне не знать отдыха? По крайней мере, давай сначала выпьем.

^{Малфи хлопает в ладоши. Появляется Шаршис, придворный виночерпий фараона. У него склонность повторять слова и приподниматься при этом на цыпочки. Он бормочет официальную формулу «да будет он жив, здоров и невредим», механически, как считалку, с коротким машинальным поклоном.}

ШАРШИС. Какого вина желает фараон, да будет он жив, здоров и невредим?

ФАРАОН. Еще того янтарного.