Встреча с фазаном сигнализировала, что мы приближаемся к Акчинскому охотхозяйству. Этой птицы в последнее время, я слышал, развелось там, в благоприятных условиях, немало. Есть и кеклики. А иначе откуда бы пестрому красавцу-петуху взяться сейчас в этих местах?
Меж тем они оказались поистине «райским уголком». Здесь мы впервые увидели на ивовой ветке низко над водой гнездо синицы-ремеза. Симпатичную рукавичку из тополиного пуха, с крохотным отверстием-входом. Интересно, как ей удается построить такое оригинальное жилище? Ведь сколько труда, терпенья и ловкости вложено в постройку. Гнездышко висит над самыми струями, колеблясь от малейшего ветерка. Каким же «архитектурным чутьем» должна обладать малая птаха, чтобы пойти на такой риск и не прогадать. Помимо прочего, уровень воды в реке в зависимости от погоды понижается и повышается. А рукавичке хоть бы что!
Недаром такое большое будущее у современной науки бионики, которая многое перенимает у растений и животных.
Видели мы и водяных ужей. Выставив граненые головки поверх воды, они лихо полосовали небольшую заводь. Словно соревновались. И даже сильное течение на быстрине не могло снести их.
Один уж на наших глазах схватил рыбешку. Рыбешка барахталась, боролась за жизнь. Тогда уж выволок ее на берег. Целительный для нас и губительный для рыб кислород сделал свое дело, и уж спокойно заглотнул добычу.
Мы уже отталкивались от берега, когда над нашими головами с цвирканьем пролетел зимородок. Ярко-нарядная птица. Ее оперение по красоте не уступает экзотическим пернатым. Зимородок — заядлый рыболов. Он улетел к глинистому откосу, где находится его гнездо…
Очередной привал мы сделали неподалеку от небольшого кишлака. Приготовились к ужину, и тут выяснилось, что кончился запас соли и лепешки вконец зачерствели.
«Эх, а еще хотели утром солить рыбу!» — досадовал я.
Пришлось Алексея отправить в кишлак, а самому заняться палаткой.
Уже и звездный вечер опустился над долиной, а сына все нет и нет. Я стал было беспокоиться, но тут на пыльной тропе показались два силуэта. Приблизились. Смотрю: Алексей, а рядом с ним мужчина средних лет. В костюме, на голове тюбетейка. Лицо задумчивое, интеллигентное. Оказалось — учитель географии Аблыкской школы. Кадыр Турсунович.
Приглашаю гостя к нашему бивуаку.
— Рахмат, спасибо, — говорит он. — Ваш сын оказал неоценимую услугу. Телевизор отремонтировал. Когда бы мастер приехал из района! А теперь детишкам не скучно, смотрят мультики. Спасибо! Узнал, что путешествуете по реке. Вот решил пригласить к себе в гости, переночевать. Как говорится, милости просим, не откажите!
Ай да Алексей! Принес в пакете лепешки и пачку соли. Честным трудом заработанные.
Отказать учителю было трудно. Мы опять сложили вещи в пирамиду, накрыли палаткой и, памятуя о четвероногих разбойниках, обложили ее огромными булыжниками. Никакой здешний зверь не сдвинет!
Взяли с собой только фотоаппарат. На всякий случай, несмотря на позднее время. И, как оказалось, очень хорошо сделали. Почему? Расскажу попозже.
Кадыр Турсунович жил на самой окраине кишлака. Абрикосовый сад и огород его с помидорными грядками в несколько соток упирались прямо в тростниковые заросли.
Мы расположились во дворе на деревянном айване с резными перильцами — видно, делал усто! — под широким шатром старой урючины, с ветки которой на шнуре свешивалась яркая лампочка. Всевозможные жуки, бабочки и медведки с налету стукались о горячее стекло и падали на землю под корневища.
Дастархан был заранее накрыт заботливыми руками хозяйки. На цветастом подносе горками красовались янтарная курага, белый и черный кишмиш — из своего сада, как отметил хозяин, миндаль, фисташки, орехи — грецкие и арахис: дары Кураминских гор!
Разломили хрустящие лепешки, разлили по пиалам душистый кок-чай. И тут неподалеку от айвана возле водопроводной колонки я увидел пса. Черно-белой масти. Огромного, лохматого. Казахская овчарка. Такие обычно стерегут овечьи стада. Вопреки грозной внешности пес жалобно поскуливал.
Заметив мой удивленный взгляд, хозяин пояснил:
— Вот ведь как получилось. Тут у одного чудака пропала курица. Является ко мне и заявляет: «Это ваша собака утащила мою курицу!» «А вы-то сами видели?» — спрашиваю. «Нет, — отвечает. — Просто больше некому». «Как теперь быть?» «Надо ее проучить». «Но как?…» И тогда я посоветовал словами Ходжи Насреддина: «Очень просто! Если вас укусила собака, поймайте ее и укусите». Не понял он шутки. Разозлился. Затаил обиду. И что надумал: недавно капкан поставил. Поранил лапу моему Алопару. Встречаются же бессердечные люди!
Кадыр Турсунович — уроженец этих мест. Преподает, увлекается краеведением. Часто со школьниками ходит в туристические маршруты. Ему хорошо известна в округе каждая тропка. И река отлично известна. И горы. Ведет с ребятами наблюдения. За животным и растительным миром.
Кадыр Турсунович зашел в дом и вынес свою «кладовую памяти» — объемистый гроссбух. Перелистал несколько страниц…
