Вертолёт развернулся и снова летел в сторону перевёрнутой машины. Заметили меня, поняли, что жив — у дула пулемёта заплясал огонёк… и исчез во вспышке, куда более яркой.
Бело-огненный столб перечеркнул мир, соединил чёрную тучу и золотое поле. Нет, до поля он не дотянулся самую малость, наткнулся на железку, молотящую воздух винтами. Гром и взрыв соединились в одно. Чёрные ошмётки разлетелись в стороны, посыпались огненным дождём в сухую пшеницу. Второй разряд угодил в колонну патрульных машин — я не видел, в какую именно из них, — огненный гриб вспыхнул над полем, разбросал алые споры в благодатную почву. Гроза началась раньше времени, не дотянула до городка-коммуны. Но пшеничное поле она выпалит дотла.
— Ей больно, Дестроер. До сих пор больно.
Я повернул голову, догадываясь, кого увижу. Незнакомец одет был не по сезону — в том самом кожаном плаще. Стоял у воронки, смотрел мне в глаза.
— Кто ты такой, чёрт тебя побери?!
— Кто я — не суть важно. Главное для тебя — понять, кто ты. Женщина не погибла сразу под колёсами твоей машины, но ты убил ребёнка в её чреве. Тебе нравится причинять боль и страдание?
— Да! — я скрипнул зубами от боли и злости. — Я разрушаю иллюзию, уничтожаю ложь! Боль — лучшее средство для этого.
Следующий грозовой разряд я направил прямо в нас. Точнее, в себя — незнакомец исчез за миг до удара.
Цифровой замок поддался, не привередничая. Я налёг на ручку двери, по возможности тихо сдвинул её в паз. В машинном отделении царствовали полумрак, басовитое урчание и шелест агрегатов, запах металла и смазки, мерцали зелёные и жёлтые огоньки на контрольных панелях. Всё банально и обыденно. Невозможно представить, что над головой, над тонкой титановой скорлупой обшивки — полукилометровая толща океана. Что от исправности этой машинерии зависит не только работа подводного завода, но и само его существование, жизнь обслуживающего персонала.
Я прошёл внутрь, огляделся, выбирая самый уязвимый узел. Блок воздухоочистки и регенерации? Неплохо, но у них наверняка есть кислородные баллоны, успеют провести эвакуацию. Электроподстанция? Чересчур сложно, несколько контуров защиты. Завод легче взорвать, чем обесточить. Взрывать в мои планы не входило — слишком быстрая смерть, ничего не успеют понять… А вот это — подходяще! Блок управления шлюзами. Впустить океан под купол — давление воды обеспечит заполнение достаточно быстрое, чтобы персонал не успел покинуть завод, но время, чтобы испугаться, у них будет. Испугаться и почувствовать боль.
— Эй, вы кто такой? — внезапно раздалось за спиной. — Что вы здесь делаете?
Я обернулся. В дверях стояла женщина в синем рабочем комбинезоне. Светлые волосы убраны под берет, хмурые складки на лбу, недоумение в голубых глазах. Ресницы уже не казались такими пушистыми, в уголках маленького рта появились морщинки, формы под комбинезоном заметно оплыли. Но это была та самая внешность. Или, всё же, та самая женщина? Женщина, которую я знал в реале. Очень хорошо знал.
— Как вы сюда попали? — продолжала допытываться она. — Посторонним здесь находиться запрещено.
Четвёртый раз подряд. Таких совпадений не бывает. Это могло означать одно —коннекта взломан. Возможно, в реале к моему бункеру уже несутся чёрные машины полицейского спецназа, моё бесчувственное тело уже выволакивают из ванны с термопастой…
Наверное, что-то нехорошее отразилось на моём лице. Женщина попятилась:
— Я вызываю охрану, — повернулась, бросилась прочь.
Это всё решило. К чёрту мнительность! Найти меня в реале не так-то легко, пусть умники от полиции ещё попотеют.
Я сделал нож. Хороший, удобный метательный нож, как раз по руке. На самом деле я не умею метать ножи, но здесь это не важно. Главное — верить в своё умение.
Нож вонзился ей в шею, выше ворота комбинезона, задел позвонки. Женщина споткнулась, раскинула руки, то ли охнула, то ли икнула, повалилась ничком, грузно стукнувшись об пол. В то же мгновение рядом с ней возник человек в чёрном плаще. Он не старался придать «естественность» своему появлению, просто сгустился из воздуха. Как нож секунду назад. Как я сам несколько ранее.
Незнакомец присел на корточки рядом с женщиной, коснулся её шеи, выискивая пульс, затем тронул рукоять ножа. Кажется, он пытался его вытащить, но отчего-то не смог.
— Жива? — поинтересовался я.
— Пока да. Ты не убиваешь сразу, тебе нужна боль.
— Разумеется. В прошлый раз я объяснял, зачем. Ты… — я запнулся. Если верить внешности, незнакомец годился мне в отцы. И я почти привык к нему. — …вы долго собираетесь меня преследовать?