— Смотрите, смотрите, что это?! — закричали на берегу.
— О боже! Это же…
Девица повернулась на крики. Губки её опять нарисовали букву «О». Она медленно поднялась с шезлонга.
— Цунами! — кто-то произнёс заветное слово. — Уходите отсюда! Спасайтесь!
Отдыхающие и впрямь принялись собирать вещи, одеваться — медленно, неторопливо. Люди не хотели верить собственным глазам. Боялись поверить.
— Уходи в реал, быстро! — повторил я девице. Покосился на приближающуюся к берегу тёмную полосу — Через пять… через три минуты от этого отеля ничего не останется. Здесь будет ад.
Девица молчала, смотрела на меня так, будто не понимала, о чём я говорю. Рука, державшая стакан с коктейлем, задрожала. Вокруг начиналась суета, паника, люди покидали пляж. Вот один перешёл на бег, второй. Идиоты! Надеются укрыться за стенами отеля от тридцатиметровой волны, несущейся со скоростью экспресса? Спасение совсем в другой стороне.
Стакан со звоном разбился о плитки, холодная жидкость брызнула мне на босую ногу. Девица развернулась, побежала, смешалась с толпой. Я пожал плечами, подумал, не сделать ли и себе коктейль напоследок? И внезапно услышал за спиной:
— Так это ты — Дестроер?
Меня пробрало холодом от неожиданности. Резко обернулся… никого, лишь тень бывшего здесь миг назад человека. А затем тысячетонный водяной молот ударил по мне, и я перестал существовать.
Я съехал с шоссе на обочину, заглушил двигатель. Открыл дверцу, выбрался из машины. Неспешно подошёл к обрыву, огороженному металлическим канатом. Отличное место. Лежащий в долине между двумя горными кряжами городок — как на ладони. Вечерело, в городе уже светились окна домов, на улицах зажигались фонари, разноцветная иллюминация витрин и рекламных щитов. Эдакая картинка из прошлого, когда жизнь для большинства людей была проста и понятна.
Я услышал шорох шагов неподалёку. Под обрывом раскинулся то ли лес, то ли парк, и оттуда по крутой тропинке к шоссе поднимался человек. Девушка. Спортивный костюм, кроссовки на ногах, в ушах — наушники плеера. Вечерняя бегунья. Я приветливо помахал рукой, улыбнулся. Девушка скользнула по мне взглядом. Белокурая, длинноногая. Что-то в её лице мне показалось знакомым. Словно встречал недавно.
— Добрый вечер! — поприветствовал, когда она поравнялась со мной. — Приятной пробежки!
— Спасибо, — поблагодарила она. Остановилась, обернулась к обрыву. — Любуетесь городом?
— В некотором роде. Прикидываю, как лучше уничтожить ваш завод.
— Завод? — девушка нахмурила лоб. — Какой завод?
— Вон тот. Нефтехимический, если не ошибаюсь, — я указал на панораму внизу.
Пушистые ресницы широко распахнулись. Девушка попятилась от меня, быстрее, быстрее. Развернулась, рванула прочь. Я не собирался её удерживать. Пусть бежит, кто знает, вдруг сегодня спасётся? Я вспомнил, где видел её — у отеля, разрушенного цунами. Не её, разумеется. Но внешности им явно лепили по одному шаблону.
Убежать девушке не судилось. Чёрная полицейская машина выскочила невесть откуда, взвизгнула тормозами, рявкнула динамиком:
— Оставаться на месте, не шевелиться!
Я выругался с досады — не вовремя, мне бы ещё минут пять, чтобы связать воедино ниточки и потянуть… Лучше — десять. Самое обидное — всего два часа, как я догрузил себя в этот мир. Так быстро засекли коннект или это случайное совпадение? Я метнулся в сторону, и тут же от машины захлопали пистолетные выстрелы. Поздно! В руках у меня уже был гранатомёт.
Взрыв бензобака разнёс полицейскую машину в клочья. Куски металла горячим дождём посыпались вокруг меня, пламя дохнуло в лицо, опалило брови, волосы, заставило зажмуриться на секунду. Впрочем, эту секунду я потратил не зря — превратил гранатомёт в автомат. Но когда открыл глаза вновь, понял — стрелять не в кого. Дымящееся колесо котилось в мою сторону. Стукнулось о канат ограждения, упало на бок.
Девушка-бегунья лежала на полпути от меня к полицейской машине. Я поднялся на ноги, невольно скривившись от боли — ушиб колено, когда падал, — подошёл к ней, наклонился. Осколки пробили девушке грудь, разорвали живот. Но она была ещё жива. Не исключено, что её можно было спасти — если немедленно доставить в реанимацию. Однако в ближайшие дни всем реанимациям округа и без того забот хватит. Я ощутил, как начинает дрожать земля под ногами.
Теперь, рассматривая девушку так близко, я окончательно убедился, что она похожа на свою предшественницу. И ещё кого-то она мне напоминала. Давно знакомого и почти забытого.
Веки раненой задрожали, приподнялись. Девушка увидела меня, шевельнулась, попыталась что-то сказать. Просила о помощи? Не смогла, только кровавая пена запузырилась на губах. Смешно, насколько крепко люди держатся за иллюзию.
— А ей ведь очень больно, Дестроер.
Я резко обернулся. У обрыва, на том самом месте, где меня застукал полицейский патруль, стоял человек. Чёрный кожаный плащ до колен и такие же чёрные волосы, только виски серебрятся сединой, лицо изрезано морщинами, — незнакомец был не молод. От немедленного выстрела меня удержало то, что оружия в его руках не было, и он их не прятал в карманы.