Слава богу, я сумела отвлечься. Я больше не вижу перед собой тебя и Рейчел, то, как твой взгляд прикован ко мне, не чувствую возбуждения, отвращения и предательства.
Я загнала все эти чувства и эмоции подальше, чтобы пока я могла сосредоточиться на другом.
И потом я ощущаю твое присутствие.
‒ Я знал, что найду тебя здесь, ‒ говоришь ты тихим голосом, так схожим с гулом поездов в метро.
‒ Мне нечего тебе сказать.
Я не смотрю на тебя. Сдвигаюсь влево так, чтобы между нами возникло пространство.
‒ Плоховато. Потому что у меня есть кучу всего, что поведать тебе.
‒ Это что-то новенькое.
Вздох.
‒ Икс, ты не понимаешь...
‒ Если ты скажешь мне это еще один проклятый раз, клянусь, я закричу, ‒ шипя, говорю я.
Мне нравиться чертыхаться. От этого я чувствую себя значимой и свободной.
‒ Почему ты шпионила за мной?
‒ Не знаю. Хотела бы я этого не делать, но я рада, что сделала. ‒ Я изо всех сил стараюсь дышать ровно, игнорировать аромат твоего одеколона, как и твоего присутствия.
‒ Теперь я поняла, что значу для тебя.
‒ Ты значишь для меня больше, чем можешь себе представить, Икс.
‒ И поэтому ты не удосуживаешься даже снять одежду, когда ты со мной? Почему ты никогда не остаешься со мной после? Почему относишься ко мне как к чему-то... хрупкому?
‒ Так что, Икс? Ты хочешь, чтобы я занялся с тобой этим дерьмом? ‒ Ты произносишь это слишком громко, оглядываешься и понижаешь голос настолько, что он едва слышен. ‒ Ты хочешь, чтобы я относился к тебе так же, как и к другим девушкам? Хочешь, чтобы я кончал тебе на лицо? Хочешь, чтобы я тащил за волосы и ранил тебя? Ты этого хочешь, Икс?
Я трясу головой.
‒ Я не знаю. Не знаю, хочу ли я этого. Я не знаю, Калеб! Я просто знаю, что, наблюдая за тобой с ней, я чувствовала ревность. И злость. Мне казалось... будто ты наслаждался ею больше, чем мной. Я не хочу быть для тебя просто очередной девушкой среди множества.
‒ Я не могу дать тебе то, чего ты просишь, Икс. Ты не... Знаю, ты разозлишься, когда я скажу это, и мне жаль, но ты, в самом деле, не поймешь.
Я испускаю стон разочарования, достаточно громкий, потому что другие посетители оборачиваются в мою сторону.
‒ Тогда помоги мне понять!
‒ Как, Икс? Что я должен сказать тебе?
‒ Как на счет правды?
‒ Правды о чем? Что за правду ты хочешь знать?
‒ Правды обо мне? О нас? Почему ты удерживаешь меня там, в этом чертовом небоскребе словно... словно я Рапунцель.
Ты не отвечаешь долгое время, глядя на полотно Сарджента, в честь которого меня назвали.
‒ Как же много часов мы оба просидели на этом месте, глядя на эту картину?
Что за смена темы. К тому же... столь уместная. Я здесь по своему собственному желанию.
‒ Очень много, если говорить по правде, ‒ колеблюсь я и продолжаю. ‒ Многие из моих воспоминаний ‒ ошибочные. Я отчетливо помню, как была здесь с тобой, сидя в инвалидном кресле. Мы рассматривали творение Сарджента, а потом ты вез меня дальше по музею и мы разглядывали полотна Ван Гога. Я помню это, Калеб. Ощущаю так же ясно как то, что стою здесь сейчас. Но сейчас, когда нахожусь здесь, я обнаружила, что все это невозможно. Потому что Ван Гог выставлен в другом музее. И я... я не понимаю. Как я могу помнить то, чего не было?
Ты дышишь, поджав губы.
‒ Я занимался некоторыми исследованиями в области памяти, пока ты училась ходить и разговаривать вновь. Память и процессы в памяти ‒ предмет, столь мало изученный нами. Но одно, что я запомнил, читая все материалы: наши воспоминания, из детства и тому подобном, на самом деле, мы не помним сами события, а лишь помним воспоминания о самих воспоминаниях. Улавливаешь смысл? И чем больше времени проходит от какого-то события в нашей жизни, тем больше искажаются реальные воспоминания, поэтому то, что мы помним, может сильно отличаться от того, что произошло на самом деле.
Это сбивает меня с толку. Мне нужно не забывать дышать, чтобы не потерять сознание и не упасть в обморок.
‒ Значит... те немногие воспоминания, которые есть, могут быть даже не правдой?
Я не могу доверять собственным воспоминаниям? Как такое возможно? Но то, что ты говоришь, имеет значимый смысл.
‒ По крайней мере, так говорят ученые.
Ты пожимаешь плечами так, словно это совсем несущественно.
‒ У меня так немного воспоминаний. О тебе, Логане, Рейчел, о других ученицах, о Лене... у всех у вас воспоминания, которые вы копили всю свою жизнь. Цепочка, которую вы можете использовать как спасательный якорь. У меня же этого нет. У меня есть всего шесть лет. Вот и все. Моя личность не... последовательна. Она... частична. Нарушена. Фальшива. Создана. Я ‒ это не я. Я та, кого создал ты.
‒ Икс, это несправедливо...
