‒ Ты зависишь от меня, не потому что я настаиваю, чтобы держать тебя в заточении. Просто так сложилось. Если хочешь свободы так сильно, ‒ каждое слово отдает сарказмом, ‒ так вперед.
Ты садишься в машину. Дверь закрывается с мягким хлопком. Мотор мягко рычит, и «Майбах» уезжает, оставляя меня одну.
Ты доказал свое. Куда мне идти? Что делать?
Кто я? Если я не мадам Икс, то кто?
Изабель? Она существует? История Логана правдива?
Если так, значит твоя история ложь; если твоя ‒ правда, то история Логана ‒ ложь.
Есть пробелы в обоих вариантах. Причины сомневаться. Возможно, оба они лживы.
Я иду, пока думаю, и не знаю, где нахожусь. Недалеко оттуда, где ты выставил меня из машины, квартал или два. На углу церковь из темного камня, готическая архитектура. Лестница, на ступеньках сидят люди, курят сигареты, пьют кофе и говорят по телефону. Я сажусь на ступеньку, скромно подобрав ноги под себя, подавляя приступ паники.
Я одна на Манхэттене. У меня нет денег. Нет паспорта. Нет личности. Я никто. Если вернусь к тебе, поднимусь в твой небоскреб, то признаю себя твоей. Признаю себя Мадам Икс.
Можно позвонить Логану, но что я о нем знаю? Очень мало. Что он рассказал и что я чувствую. Чувствую, что могу доверять ему. Чувствую, что рядом с ним все возможно. Я не сомневаюсь в нем, когда мы вместе. Я его знаю. Он во мне. Все хорошо рядом с ним. Но сейчас, вдали от него, я во всем сомневаюсь. В нем. В себе. В Калебе.
Я даже не осознаю, что плачу, пока старый вонючий негр в лохмотьях не садится рядом, сделав глоток из коричневого бумажного пакета, и не косится на меня.
‒ Кто-то тебя обидел, а?
Я шмыгаю.
‒ Да. Нет. Я не знаю.
Старик кивает глубокомысленно, как будто я сказала что-то очень разумное.
‒ Худшая в мире боль. Незнание.
‒ Я не знаю, кто я.
Зачем я признаюсь в этом бездомному пьянчужке? Но, признавшись, чувствую облегчение.
‒ Ага, я тоже. А я никогда и не был кем-то. Я пьяница, не потому что бездомный, понимаешь. Я бездомный, потому что пью, ‒ он покачивается, смотрит вверх, как будто ищет что-то в чистом безоблачном небе. ‒ Или может быть все наоборот. Я уже не помню.
‒ Я тоже не помню. Не помню, кем была, и потеряла все, кем являюсь сейчас. ‒ Я не собираюсь вытирать слезы.
‒ Не нужно знать, кем ты была или кто ты есть. Нужно только знать, кем ты хочешь быть.
На удивление, это помогает. Я гляжу на мужчину, впитывая его утверждение. Нужно только знать, кем я хочу быть. Рейчел говорила что-то очень похожее, и Логан тоже.
Однако вопрос остается. Кем я хочу быть?
Я не знаю.
Не знаю.
В какой-то миг мужчина сбегает, бесконечно лакая из бутылки.
Я вижу, как ты подходишь. Божество, спустившееся на землю смертных. Темно-синий костюм, сшитый на заказ, естественно. Белая рубашка. Без галстука, две пуговицы расстегнуты, в вырезе видна обнаженная грудь. Темные волосы зачесаны назад, непринужденно и искусно. Глаза, как черная дыра, поглощают весь свет и материю, поглощают, притягивают, ищут, все засасывают внутрь. Засасывают меня. Затягивают меня. Ты садишься рядом, откидываешься назад, опираясь локтями на ступеньку позади.
‒ Пошли домой, Икс.
‒ Домой? ‒ я произношу слово как вопрос, выплевывая его как самую горькую желчь. ‒ Это куда?
‒ Да ради бога, Икс...
‒ Я сижу в твоей чудовищной квартире и жду. Знаешь, чего жду? Тебя. Сижу там и жду тебя. Жду, когда ты покажешься, трахнешь меня и после будешь меня игнорировать.
Взгляды вокруг устремлены на меня. Я их не замечаю. Ты, однако, не смотришь на меня. Ты осматриваешь толпу, смотришь на прохожих, на поток машин желто-черных, и бело-голубых, и красных, куда угодно, кроме меня.
‒ Я недовольна, Калеб. Статус-кво поставлен под сомнение. Кто я, кем была, кем буду, все под вопросом. Ты хоть знаешь, каково это?
‒ Лучше, чем ты думаешь.
‒ Я больше не хочу быть такой, Калеб.
‒ Тогда кем...
‒ Пока не знаю. Я больше ни в чем не уверена. Не уверена, что доверяю Логану, но и тебе я больше не верю. Я не знаю, во что верить, ‒ надменно произношу я.
Я смотрю на тебя, и, наконец, ты смотришь мне в глаза.
‒ Ты больше не можешь держать меня, словно пленницу, окутывая своими чарами. Все изменилось.
‒ И что же тебя изменило?
Я пожимаю плечами.
‒ Логан, ‒ вот она, такая простая правда.
Всего несколько часов с ним, и все изменилось. Я не уверена, благодарна ли я за это, или нет.
‒ Он ‒ бывший зек, ‒ говоришь ты.
Я киваю.
‒ Я знаю. Он сказал мне. ‒ Я облизываю губы.
‒ Он сказал мне, что это как-то связанно с тобой. Или, по крайней мере, это было между строк. Он не сказал, как именно. Это не важно. Мне без разницы.
‒ И что же ты намерена делать?
‒ Не знаю.
‒ Просто возвращайся со мной. Я помогу тебе во всем разобраться. Я дам тебе личное пространство.
‒ Я не уверена, смогу ли теперь оставаться с тобой наедине. Не после того, что произошло между вами с Рейчел.
Вздох. Долгое молчание. Еще один вздох.
‒ Возвращайся, ‒ твои глаза встречаются с моими. Я замечаю в них слабый проблеск эмоций, крохотная, едва заметная искра.
‒ Пожалуйста.
