Разоблаченный рыцарь полностью

В голове парня творился хаос. Мысли смешались, перед глазами все поплыло. Сердце грохотало, готовое выпрыгнуть из груди.

И было на все плевать.

Лишь бы поскорее освободить его мышку Уокер.

— Сначала бумаги, — рявкнул Рик, впихнув их в руки Стайместа. Тот сжал зубы, но не стал сопротивляться.

А смысл? В руках мерзавца было кое-что гораздо более ценное, чем кусок земли.

Скрепя сердце, Марк поставил свою размашистую подпись на нужных графах.

— Где она? — сквозь зубы спросил он.

— Прямо и налево.

Стаймест бросился в комнату. Лили была мертва. Она лежала на полу, и ее холодное тело было неподвижным. Первая девушка, подарившая ему свою любовь… Но Марк не испытывал ни боли, ни чувства вины. Все, что сейчас его волновало, — невредимость Агнес.

Что за игру затеял Рэт? К чему все это? Стаймест так и не понял. По всей вероятности, тот просто выполнял поручения Рика. Как давно?..

Марк бросился к Уокер, ждавшей его в углу комнаты. Обхватив себя за коленки, она казалась мучительно вымотанной. Но главное — дышала. Была в сознании.

— Тебе вкололи что-то? — спросил он, опустившись перед Агнес на колени.

Девушка отрицательно помотала головой.

— Моя любимая, — прошептал парень, прижав Уокер поближе.

Марк мягко раскачивал ее из стороны в сторону, пока девушка наконец не оттаяла, приходя в себя от шока. Агнес послушно прильнула к нему, обвила руками за шею и положила голову на грудь, ощущая под щекой биение его испуганного сердца.

Лили умерла. Дерьмо. Стаймест закрыл глаза. Только сейчас осознание этого захлестнуло его. Сожаление и сочувствие должны были его сбить с ног, но этого не произошло.

Плечи девушки тряслись от слез, пережитый ужас выходил из нее с каждым душащим всхлипом. Марк утешающе погладил Уокер по макушке, заботливо прижимая к своему плечу.

— Где Рэт? — Голос парня прозвучал глухо и обрывисто.

— Он оставил тебе письмо… — Только это удалось выговорить Агнес сквозь рыдания.

— Где оно? — Стаймест предчувствовал что-то нехорошее.

Куда делся этот придурок?

Агнес слегка отстранилась и достала из кармана мятый листок.

— Держи.

Марк забрал бумагу и встал на ноги. Девушка поднялась следом.

Маленький лист колол кожу его дрожащих пальцев иголками.

«Если читаешь эти строки, то я уже выехал из Данверса. Знаю, что сейчас ты ненавидишь меня, чувак. Я предал „Драконов“, предал наш дом, предал тебя в первую очередь. Зная, как ты ценишь искренность и честность… я облажался.

И прежде чем тебя затопит чувство вины перед Лили… Она изменяла тебе с Риком. Все то время, что вы встречались. И даже раньше. Я не скажу тебе, что с ней случилось и как она вернулась. Понимаешь, не могу. Унесу эту тайну с собой в могилу.

Марк, мне было больно каждую минуту, пока я был в заговоре с Риком. Пока помогал ему получать наши земли… Не могу снова сказать тебе причину, это личное. Не скажу, что у меня не было выбора. Выбор есть всегда, друг. Всю свою жизнь с самого детства я выбирал тебя. Твое счастье, твое благополучие, твою безопасность. Но на этот раз я выбрал себя.

Мне было очень тяжело. Я пытался понять, кто я такой. Кто мне нравится по-настоящему, как справиться со своей болезнью, что делать с тайнами, о которых я вынужден молчать, или как избавиться от посттравматического синдрома?..

Знаю, о чем ты подумал, Марк, но послушай! Я не виню тебя ни в чем, никогда бы не смог. Моим личным и осознанным решением было скрывать все это от вас. Лишь моим. И я прошу уважать мой выбор и отнестись к нему с пониманием.

Просто я эгоистично хочу остаться в вашей памяти именно таким.

Счастливым, открытым, без шлейфа грязи и крови.